Предсказанный муж

— Как у тебя получается перевернуть каждую фразу с ног на голову? Высший свет скоро узнает о твоем иномирном происхождении, а значит, относиться к тебе будут спокойней.

— Угу. Как к глупым детям, — фрукт оказался вкусным, я покосилась на следующий, вольготно расположившийся среди своих собратьев в глубокой хрустальной вазе. Главное — не лопнуть. — Ладно, сменим тему. Эльза, снова появлялся Диар. Что такого особенного вы обсуждали за чаем?

— Ты что, всё прослушала? — понимающе улыбнулась жена эльфа.

— Скорее потерялась в водовороте ваших слов, недоговорённостей и невысказанных мыслей, — я решила не гневить мироздание, отложила второй фрукт в сторону и откинулась на спинку кресла. Благодать… — Больше всего моего кукловода заинтересовали сплетни о княжеской семье. Что там вообще произошло?

— Подробностей тебе никто не расскажет, но ходят слухи, что Сэра — незаконнорожденная дочь маркизы Ланисы Орайской и нынешнего правителя княжества, — Эльза потянулась, не стесняясь демонстрировать свои прелести, затянутые на этот раз в корсет. Зачем ей, и так обладательнице тонкой талии и приятных округлостей бюста, ещё и утягиваться, я не знала, но на приятельницу иногда находила такая блажь. — Жена князя, Герата, говорят, была бесплодна, а Витор лерн Нолийский всегда считался завидным мужчиной.

— И что здесь такого страшного? — не поняла я. — У вас не приветствуются бастарды?

— Сейчас уже — ничего. А вот до того как Сэру отправили к отступникам, подобные слухи, мягко говоря, не приветствовались. Понимаешь, Вера, бастард может жениться на законнорожденной, может наследовать имущество родных, но править должен только законный наследник.

— То есть Сэра не смогла бы сесть на престол.

— Именно, — кивнула приятельница. — И если слухи правдивы, становится понятной причина, по которой маркизу спешно выдали замуж и отправили буквально на край света.

— А Диару все эти сплетни зачем?

— Понятия не имею. Ходы твоего покровителя просчитать невозможно.

Всю следующую неделю я была занята: Адель, получив через двое суток портрет любимой дочери, заплатила довольно щедро по местным меркам, целых пять золотых, и предложила создать ещё несколько работ: дочь и её жених, высокий нескладный парень, дочь рядом с родителями, дочь и будущие свёкры. Я практически не отрывалась от мольберта, и Эльзе с Димирием приходилось бдительно следить за моим питанием.

— Двадцать золотых за пять портретов, — Эльза улыбнулась, — поздравляю, Вера, неплохое начинание.

— Если б ещё знать примерную стоимость хотя бы продуктов здесь, ориентироваться в местной экономике стало бы проще, — ответила я, рассматривая закат за окном. Вечер потихоньку вступал в свои права, и над городом появлялся тёмно-синий полог.