( Не) верный муж (СИ)

Испуганная беременная женщина, у которой бурлят гормоны. От нее можно ждать чего угодно.

Но я, черт подери, не допущу, чтобы она сотворила непоправимое.

— Маша, я на все готов, — заявляю ей с уверенностью. — Говори свои условия.

— Какие? — она смотрит на меня недоуменно.

— При каких условиях ты готова родить мне этого ребенка. Ты ведь наверняка думала об этом, так?

Она поджимает губы, выразительно на меня смотрит. И вправду думает? Причем долго думает, хмурится, сверлит меня взглядом. Мне становится все больше не по себе. Сейчас та-а-ак огорошит меня своими идеями, что я поседею в момент.

— Все что угодно, кроме развода… — тут же уточняю.

С каждой секундой все больше нервничаю. Читаю в ее взгляде обиду, боль.

В какой-то момент мне кажется, она попросту пошлет меня. Но этого, к счастью, не происходит.

Мария шумно вздыхает и говорит:

— Покоя хочу. Хочу, спокойно ходить на работу и не бояться морального прессинга с твоей стороны, не вздрагивать при твоем появлении…"

"— Не будет прессинга, — выставляю вперед ладони. — Считай, нет уже… Что еще?

— Поклянись мне! — требует она, выставив в мою сторону указательный палец. — Поклянись, что больше никогда даже не заикнешься о том, чтобы лишить меня родительских прав.

Видно, крепко ее тогда задели мои слова.

— Маш, я и не собирался. Я это на эмоциях, чтобы быстрее помириться…

Только теперь понимаю, как глупо поступил. Все, чего добился той угрозой, так это еще большего разлада с Марией.

— И прекрати думать, что мы с тобой вот-вот помиримся, — продолжает она, нахмурив брови. — Хватит меня мучить бесконечными требованиями к тебе вернуться! Я не собираюсь делать это из-за ребенка, понял?

Последними словами она изрядно поджаривает меня изнутри, но я киваю даже на это:

— Ладно. Что еще?

Она на миг задумывается, потом качает головой:

— Все.

— А деньги? — тут же вспоминаю о главном. — Давай договоримся о суммах, скажи, сколько тебе надо, и я…

— Ты уже перечислил деньги, — напоминает она.

— Но этого ведь мало, я…

— Достаточно, — строго перебивает она. — А теперь уходи.

Мария смотрит на меня недовольно, постукивает стопой по полу, ждет, когда покину прихожую.

А я не могу уйти.

Я приехал к своей беременной жене и не могу просто так отступить.

— Маш… — тяну на выдохе. — Прости меня, пожалуйста! Все должно было быть не так, я не такого хотел для тебя и нашей семьи. Я безумно жалею о том, что случилось в Анапе, а потом на дне рождения Лианы. Я не думал тогда, к чему это приведет. Я очень виноват перед тобой и даже перед нашим нерожденным ребенком. Готов сделать все, чтобы как-то исправить ситуацию. Хочу, чтобы ты снова могла мне верить…

— Хватит лицемерить, Айк! — вдруг возмущается она, чем окончательно выбивает меня из колеи.