( Не) верный муж (СИ)

До чего у меня умный ребенок…

Отворачиваюсь от нее на какую-то минуту, чтобы помешать и посолить манты. Вдруг слышу, как на пол сыплется что-то мелкое.

Оборачиваюсь и вижу расстроенное донельзя лицо дочки.

— Папа, я случайно, — сообщает она.

Меж тем пол кухни усыпан деталями, которые она смахнула рукой.

— Ну е-мое… — снова начинаю злиться.

Пока собираю гребаные детали, Лиана просит:

— Ты соберешь мне карету? А то сложно…

Смотрю на маленькую нахалку и обалдеваю. То есть сам купил, сам собирай? Так, что ли? На кой черт тогда я вообще ей это купил? Не иначе, чтобы обеспечить себе головомойку на целый вечер.

В памяти всплывает очередная картина — Мария сидит с Лианой за столом в гостиной и собирает конструктор лего. Этих наборов у дочки в спальне несколько штук — все разные, от маленькой кондитерской, до розового пони ростом около двадцати сантиметров. Сколько жена тратила на это времени? Тут же миллион деталей, не меньше.

Но мне этой ерундой заниматься некогда, мне бы как-то привести кухню в божеский вид.

Выхожу из кухни и кричу на весь дом:

— Давид, иди сюда!

Сын появляется спустя минуту, очень недовольный.

— Па, ну я ж играю, — начинает он нудеть.

— Собери с Лианой карету, — прошу его строгим голосом.

Давид явно недоволен, однако не спорит, садится рядом с Лианой, начинает собирать. Я тоже подключаюсь, даже в какой-то момент увлекаюсь. И далеко не сразу вспоминаю про манты.

Когда наконец возвращаюсь к кастрюле, вода уже давно кипит. Беру ложку, мешаю содержимое и обалдеваю, видя, что осталось от аккуратных мантов. Они разварились, почти из всех вывалилась начинка! Как так-то?

Нахожу большую пластиковую ложку с дырочками — шумовка, кажется. Аккуратно вылавливаю манты и кладу на тарелку.

Беру вилку, сажусь за стол.

Цепляю кусочек фарша, кладу в рот. Оно вкусно, но и рядом не стояло с тем, что подавала мне Мария.

Жую клейкую массу, в которую превратилось тесто, наблюдаю за детьми.

Думаю серьезные думы…

Это ж какой-то звездец, товарищи!

Казалось бы, чего проще — забрал чад, отвез на кружок, накормил, спать уложил.

А на деле что? На деле я лажанулся буквально на каждом шагу.

В садик опоздал, про поход в бассейн и вспоминать не хочу, даже еды детям не припас. Больше того, сам остался без нормального ужина, если не считать разваренное нечто на моей тарелке.

Не знаю, как это случилось, но я умудрился устать за вечер так, как не уставал за полноценный рабочий день. И это еще при условии, что дети уже не такие маленькие, как раньше.

На работе все проще — дал задания, подчиненные делают. Все по регламенту, четко и ясно, и мне великолепно известно, как себя вести в случае любого форс-мажора, я этому годами учился.

Только вот для домашних дел я, похоже, непригоден в принципе.