Мой бывший муж

Дочь, конечно же, не осталась отца родного защищать, а тут же скрылась в глубине квартиры, а я приготовился люлей огребать.

– И не стыдно тебе, Вадик?

Бабе Маши можно было называть меня как угодно, я не спорил. Вадик, Додик, Шмодик – ради бога, вообще! Она вроде в возрасте уже, небольшого роста, приятно полненькая, но грозная, ух! Правда, отходчивая и жалостливая, особенно к молодым мужчинам.

– Поматросил и бросил, – продолжала она. – Дитя сделал и в другую койку прыгнул, донжуан хренов.

Я только голову ниже опустил: против бабы Маши контрнаступление не работает, лучше сразу сдаться и повиниться.

– Есть будешь?

Я же сказал отходчивая.

– А что есть? – реально голодный, да и соскучился по домашнему.

– Суп, котлеты, пюре. Тебя, дрыща, есть чем покормить. Пошли.

Я разулся и на кухню пошел, считая себя наполовину прощенным.

– Нина Михайловна и Алексей Викторович дома? – поинтересовался я. Поздороваться нужно и в глаза посмотреть. Они люди хорошие и меня сразу приняли, даже когда Мальвина моя отталкивала раз за разом.

– В «Ашан» поехали, скоро приедут. Вероника, ты кушать будешь? – громко спросила она.

– Сначала номер покажу! – крикнула в ответ Ника. – Я репетирую.

– Егоза, – махнула рукой баб Маша. – Ты хоть позови, как готова будешь.

– Угу, пока не заходите.

– Суп?

– Обязательно, – кивнул я и через десять минут наворачивал рассольник с соленым салом и горячим хлебом. Так только у тещи кормят, ну серьезно! – Баб Маша, вы теперь бизнес-леди у нас.

– А-то! – приосанилась она. – Катька рецепты выманить хотела, но я своих секретов не выдаю. У меня прямо второе дыхание открылось. Хоть работай, хоть замуж выходи.

– Баб Маш, если бы я был чуть поопытней…

– Да нахер ты мне нужен! – воскликнула, прервав мой комплимент. – С красивыми мужиками морока одна. Блядуны все до единого, – и руки на столе сложила, приблизив ко мне лицо. – Ну, что у вас там с Катериной вышло, а? – спросила так, будто не прошло больше полгода с нашего расставания.

– А она что говорит? – мне правда было интересно. Хуями, наверное, кроет. Хотя нет, Мальвина моя другая. Она молча презрением обольет.

– Да ничего! – в сердцах ответила баб Маша. – Мол, не подходите друг другу.

– Столько лет подходили, а тут прямо несовместимые, – я тоже возмущен был.

– Ну и что блядствовать начал, – добавила она.

Я ложку до рта не донес, чуть не подавился, закашлялся жуть. Это уже ближе к делу. И стыдно так стало.

– Мам, отстань от Вадима, – в кухне появилась Нина Михайловна, а за ней папа Кати с пакетами.

– Давайте помогу, – вскочил я.

– Сиди, кушай, – ответил Алексей Викторович. Но я все равно поднялся: руку крепко тестю пожал, тещу обнял. Перед ней было невыносимо стыдно. Она настолько мудрая женщина: советом помогала мне лично не раз.