Муж и жена - одна сатана

Оценила так высоко, что даже не брыкалась и не сопротивлялась, хотя не особо любила, когда мужчины прикасались ко мне. Но Оден, словно что-то чувствуя, был отстранен и не допускал своих глупых шуточек. Вел себя как поднятый скелет, разве что был теплым. Я еле сдержалась, чтобы не примостить куда-нибудь свой замерзший нос. Нет уж, такого Оден от меня точно не дождется, каким бы теплым не был. Надо думать о костре, жарком и большом-большом. Как я в него залезу, как согреюсь, как пополню резерв. И Оден, как примерный муж, будет подкидывать дровишки.

Мой муж (я в который раз словила себя на том, что мне становится все проще называть его так про себя) принес меня в свою лабораторию с огромным кругом-ограничителем по центру. Если устроить костер в нем, то огонь не выйдет за контуры. Удобно. Интересно, если я попрошу Одена отдать мне эту комнату, то как далеко он меня отправит? Или может начертит мне такой же круг? Я, конечно, и сама могу, но провожусь уж очень долго.

Оден без всяких церемоний посадил меня на какой-то жесткий стул:

— Потерпи минутку, хорошо?

Жизнь с некромантом — это страшно. Страшно познавательно и удобно. Потому что буквально через минуту после слов Одена в комнату ворвались скелеты с дровами. Они шли маршем и ровненькими рядами сгружали дрова прямо в круг. Вот это дисциплина! Вот это организация! И даже не напрягся — силы не занимать. Хотя я все еще продолжала трястись в ожидании огонька, потому что у Одена как раз возникли проблемы — поджечь-то было нечем.

— Где же поджигающий пергамент?

Терпеть сил не было, я тяжко вздохнула и попросила:

— Я же все равно подсмотрю.

Ну вот и как с ним спорить-то? Что он там подсмотреть хочет? Плащ-то давно скинут и забыт, я в одной ночной рубахе сижу. Хотя, вот скажу, сколько бы наставницы в пансионе не говорили мне, что неприлично, если кто-то видит тебя в нательном, я не понимала причины. Эта рубаха выглядит в десятки раз скромнее, чем мое самое скромное традиционное платье. Хотя просила я отвернуться Одена не поэтому.

— Хорошо, но имей ввиду, в следующий раз я плюну в тебя, — ответила и сделала то, что могут сделать маги даже с зачатками силы. Плюнула огнем прямо в успешно принесенные скелетами дровишки. Те вспыхнули моментально.

— Ого! — У Одена глаза аж загорелись. — Ты прямо как огненная гадюка! И чего только отвернуться просила?

Что-что, а комплименты Оден умеет делать. Огонь его забери, и почему из нас двоих без опыта отношений именно я? Если он всем девушкам такое говорит, то удивительно, что на него кто-то вешается. Вслух, разумеется, я этого не сказала. И не последней причиной было искреннее восхищение.

— Тебе что-то не нравится? — спросила я, ступая прямо в разгорающийся костер.

— Нет, мне все нравится. И даже ты нравишься, — просто ответил Оден.