Музейный экспонат

— Противник обстреливает дальномерный пост.

Еще одна ракета долбанулась прямо в холм, на котором располагалась башенная батарея.

— Имеются потери среди боевого охранения. Орудия повреждений не получили, контужено пять человек из состава боевого расчета.

Но уже поданы наверх очередные снаряды. Масляно блестящая штанга досылателя запихивает в казенник коконы полузарядов.

— Башня номер один к стрельбе готова!

— Башня номер два к стрельбе готова!

— Огонь! — рубанул рукой воздух капитан.

Ответный «подарок» старой батареи оказался под стать «приветствию» «Наковальни». На этот раз пристрелявшиеся артиллеристы добились двух попаданий фугасными снарядами, что было с удовлетворением отмечено наблюдателями.

А в воздухе мелькнули быстрые силуэты — на цель заходила авиация!

Чем уж они там врезали — бог весть!

Но результат был виден воочию — палуба «утюга» окуталась дымом, сквозь который пробивались отдельные вспышки. И было их весьма приличное количество. А в дымное облако продолжали вонзаться огненные стрелы.

— Противник прекратил огонь! — торжествующе возвестил динамик.

Угловатый силуэт погружался в воду, заваливаясь на левый борт. Стволы его пушек беспомощно задрались в небо — вести огонь было уже бесполезно, не по самолетам же стрелять из двухсотмиллиметровок?

Все?!

Бой выигран?

Чьи снаряды привели к затоплению «утюга»?"

"А не один ли хрен, откровенно говоря? Вот он скрывается под водой, исковерканный многочисленными попаданиями в борт. А это значит, что ты и твоя батарея сделали свою работу так, как полагается. Не пропал даром труд многочисленных специалистов и их помощников. Вся та работа, которая в течение стольких лет незаметно для прочих делалась немногочисленным личным составом, — вот она! Горит, заваливаясь на борт, вражеский корабль! И есть в этом результате труд каждого члена расчета. Где-то сыграли свою роль и пресловутые лампочки, добытые неведомо каким путем оборотистым прапорщиком. И электромотор, выменянный на казенный спирт, — он тоже внес свою лепту в нужный момент. Да и много чего еще…

— Ну что, капитан… — нарушил молчание в командном пункте Михайлов. — Могу тебя поздравить! Держи краба!

И он протянул Никитину руку.

— На «ять» сработали твои парни!

Тишина, воцарившаяся на КП, после сообщения о прекращении огня «Наковальней», оказалась вмиг сломана, командира батареи хлопали по плечу, поздравляли…

— Ну… — еле нашел в себе слова капитан. — Мы старались!

Дружный хохот был ему ответом.

Лязгнула, открываясь, тяжелая дверь КП — и в лицо Никитину пахнуло дымом. Пороховым дымом и не только. Что-то горело неподалеку, внизу под холмом, трещали беспорядочные выстрелы — это рвались патроны в подбитых «шушпанцерах».