Музейный артефакт

Сова крепким изогнутым клювом расклевала лица книжнику Моше и земледельцу Натану, а летающий нетопырь впился мелкими острыми зубами в шею виноградаря Дорона и, по утверждению пострадавшего, высосал не меньше стакана крови.

Началась паника, люди с криками бросились врассыпную. Появившиеся стражники принялись швырять камни, а Порций даже выстрелил несколько раз из лука. Наконец, нападающих удалось прогнать. Причем Моше клялся, что сова была насквозь пронзена стрелой, но летела ровно и уверенно, как ни в чем не бывало.

Когда об этом рассказали Кфиру, он помрачнел и надолго задумался. Делал ли он что-нибудь еще, никто не знает, но больше агрессивные твари не появлялись.

Жизнь вошла в свою колею, Ави, казалось, был доволен своим новым положением – одного из главных лекарей города.

Правда, через месяц Бенцион Бен Ариф, принимая семью зятя в своем доме, отозвал его в сад и во время прогулки сказал:"

"– Тебе надо подумать о продвижении моего племянника. Он же не может всю жизнь лечить бедняков. Будет хорошо, если ты передашь ему часть своих пациентов…

Ярость ударила в голову Кфира. Это уже наглость! Бессовестно обирать родного зятя в пользу племянника! Но ссориться с могущественным тестем не входило в его планы.

Пауза затягивалась. Кфир поймал острый, настороженный взгляд тестя. И, смирив гнев, покорно кивнул:

– Я и сам собирался это сделать. Работы много, и если разгрузиться, я смогу больше внимания уделять детям…

Острота во взгляде Бен Арифа пропала, черты лица смягчились.

– Ну, вот и хорошо! Больных много, на всех хватит…

Расчувствовавшись, он обнял Кфира, прижал к груди и троекратно облобызал. И хотя тот не чувствовал ответных теплых чувств, но не противился.

– Кстати, – разжав объятия, сказал Бен Ариф. – Вчера префект Клавдий рассказал, что тайная стража задержала женщину с иудитским крестом. И она оказалась дочерью того чернокнижника, у которого ты жил несколько лет!

– Зусу?! – не сдержавшись, воскликнул Кфир. – Что с ней?!

– Как что? – удивился секретарь синедриона. – Разве не по твоей просьбе прокуратор приказал искоренить их всех? Это была последняя иудитка! Клавдий специально просил порадовать тебя этим известием. Э-э, да ты побледнел! Неужели лучшему лекарю самому нужна помощь? Тогда я позову Ави…

Под строгим взглядом тестя Кфир плеснул в лицо водой из фонтана и постепенно пришел в себя.

– Вижу, известие тебя не обрадовало? – в упор спросил Бен Ариф.

– А разве это радостное известие? – резче, чем когда-либо в общении с тестем, отозвался Кфир. Ярость снова проснулась в его сердце и изо всех сил рвалась наружу. Он с трудом сдерживался. – Зуса не имела никакого отношения к иудитам!

Бенцион Бен Ариф грозно выпятил нижнюю губу.