Муссон

Вахта с бака занялась кабестаном, защелкали собачки храповика, принимая якорную цепь. Тем временем другие матросы поднялись на ванты и занялись снастями и парусами.

Хэл приказал ненадолго распустить фок, чтобы дать кораблю возможность вытащить лапы якоря из песчаного дна, потом снова свернул парус, когда корабль освободился. Он долго слушал, как щелкают собачки кабестана, все быстрее и быстрее, пока звук не превратился в сплошной частый треск — по мере того как поднимался якорь и канат исчезал в клюзе.

— Поднять паруса! — отдал приказ Хэл.

Как только паруса были подняты, ветер сразу туго наполнил их. «Серафим» вздрогнул, а когда Хэл приказал повернуть руль, с готовностью подчинился и заплясал на волнах. Матросы на мачтах радостно закричали. Мгновение спустя с марса послышался голос Тома:

— На палубе! Шлюпка!

— Где? — крикнул в ответ Хэл.

— Отходит от берега. Две шлюпки. Нет, три!

Хэл подошел к поручню и приставил к глазу подзорную трубу.

Серое море было усеяно белыми шапками пены. Низкие тучи ползли по небу, закрывая вершину горы. Он разглядел три шлюпки, борющиеся с прибоем и ветром; разбрасывая носом пену, они направлялись к «Серафиму».

— Гости, капитан, — сказал рядом Нед Тайлер.

Хэл улыбнулся и навел подзорную трубу на резкость. Стали видны голландские мундиры и блеск штыков.

— Едва ли они скажут нам что-нибудь, что мы хотели бы услышать, мистер Тайлер.

Он резко сложил трубу. Очевидно, это солдаты из крепости. Их привлекло ночное сражение на берегу. Хэл повернулся к далеким шлюпкам спиной и улыбнулся, отдавая следующий приказ.

— Проложите курс так, чтобы мы прошли мимо «Йомена», оставив его с левого борта, мистер Тайлер.

В полукабельтове от «Йомена» «Серафим» лег в дрейф и спустил шлюпку. Она плясала на волнах рядом с кораблем, в нее опустили тиковый ящик, следом спустился сам Хэл и взял руль, приказав грести к стоящему на якоре «Йомену».

Андерсон стоял у борта. Хэл влез на кормовую банку и окликнул его:

— У меня для вас груз.

— Готов принять, — крикнул в ответ Андерсон, и его экипаж спустил с грот-реи снасть. Шлюпка встала под ней и, работая быстро и ловко, матросы прикрепили к тросу тиковый ящик.

— Поднимай! — крикнул Хэл, и гроб его отца, раскачиваясь, поплыл на палубу «Йомена».

— Я в большом долгу перед вами, сэр! — крикнул Хэл на палубу высоко над собой.

— Рад помочь, сэр, — ответил Андерсон. — Желаю вам попутного ветра.

Он приветственно коснулся края шляпы.

— До встречи, — ответил Хэл.

И тут над поручнем показалась голова Гая. Он был бледен, как будто уже испытывал первые приступы морской болезни. Тем не менее он храбро улыбнулся и помахал над головой шапкой.

— Прощай, отец, и до встречи в Бомбее.