Мурка (СИ)

Я заметил, как резко побледнела Лизавета и напрягся извозчик. У меня в голове тут же всплыло погоняло этого типа — Лось. Глава группки такой же, как я, стремящейся в организованную банду шпаны. Ну... сейчас узнаем, Лось, что стряслось.

— Че надо, молодой? — обернулся я к гоп-компании.

— Пойдем-ка побазарим за уголок, хошь, папироской угощу? — предложил здоровяк.

Он вытащил серебристый портсигар с какой-то именной гравировкой, явно краденный, открыл, предлагая мне взять папироску.

— Курить — здоровью вредить, — спокойно ответил я.

Я понимал, что эта пятерка явилась не языками почесать. Память смутно подсказывала, что у них есть ко мне некие претензии.

— Гриша, не надо с ними разговаривать, — Лиза выросла по левую руку от меня, и я заметил, что «Дева Мария» предусмотрительно исчезла с ее пальца. Молодец девочка...

Она, конечно, была права, связываться с этой гоп-компанией не имело смысла. Я не торопясь, но и не медля, прошел к пролетке, давая понять хулиганам, что не настроен разговаривать. Единственное, девчонке уже не получится остаться в магазине и отвести душу на шоппинге, придется ехать со мной.

— Пойдем, Лиза, — ровно сказал я.

— Че, за юбкой теперь прячешься? — выдал в спину Лось и добавил: — Слышь, пацаны, ходит слушок, что Нафаня не только за юбками, но и за ментами прячется.

Дальше больше — двое из этой компашки подошли к пролетке, всё ещё держа руки в карманах брюк, а папироски в зубах. Один запрыгнул на повозку, усаживаясь на корточки меж сидений. Второй подошел к лошади и начал гладить вороного, вымеряя Лизку похотливым взглядом.

Понятно. Уйти мне не дадут. Что ж...

Пусть эти пацанчики не обольщаются моей внешностью, ведь в тщедушном теле, как в кощеевом яйце, спрятались навыки меня пятидесятилетнего. Который за всю жизнь посетил много тренировок по самбо, боксу и прочим «кунг фу». Так что глаза боятся, а нога пнуть может — я скинул руку Лизки со своего плеча, зыркнул на пялившегося на девчонку хулигана так, что он аж папироску изо рта выронил.

— Я, пожалуй, угощусь папироской.

Лизка только широко открыла рот, в глазах ужас, но перечить не стала. Я подошел к гопнику, взял папироску.

— Идем в подворотню, а то тут ветер спички тушит, — довольно прогундосил Лось.

Мы завернули в переулок, пахнувший сыростью и уличной пылью. Я понимал, что курить никто не будет, мне просто хотят всадить перо между ребер. И действительно, хулиганы тотчас замкнули вокруг меня кольцо.

— Говорят, что ты колечко у Рабиновича спер, а делиться не стал, — с деланным сочувствием проговорил Лось.

— По ходу, когти рвать собрался, раз так вырядился, — прокомментировал один из лихих парней.

— Это ты интересуешься или утверждаешь? — так же холодно ответил я.