Мультяшка

Вдыхал пудровый запах вперемежку с ароматом океана, слушал шелест волн, родное дыхание и сердцебиение рядом.

Мира чувствовала, как затекли пальцы рук, настолько сильно она вцепилась в Максима, наверняка причиняя ему боль, становилось больно дышать - или от сжимавших тисками сильных рук, или от шального сердцебиения и сбившегося дыхания. Она боялась расслабить руки, отпустить хотя бы на сотую долю секунды. Страшно, вдруг всё окажется миражом, игрой уставшего воображения.

Максим отстранил от себя Мирославу, совсем немного, отдирая её ладошки от рубашки, разминая пальчики с розовым лаком, передвигаясь по рукам выше и выше, дойдя до шеи, вспоминая, насколько там нежная кожа, обводя пальцами ушные раковины. Наконец, одна рука остановилась на затылке, путаясь в струящемся шёлке, вторая - на шее, и резко притянул к себе.

Губы к губам. Мира не дышала, она ела кислород с губ Максима, наполняя каждую клеточку тела, заставляя кровяные тельца нестись с космической скоростью, оживая, как героиня сказки от живой воды. Невозможно сладко. Нещадно остро. Пронзительно до колючих слёз.

- Всё, всё кончено? - прохрипела Мира, когда нашла силы отодрать себя от сильного тела.

- Да, - Максим кивнул и заглянул в глаза, там перекатывались слёзы. Радости ли? Облегчения?"

"Мира судорожно вздохнула и ещё раз прижалась к Максиму, вжалась в него, если бы могла - растворилась в нём, как волны в прибрежном песке. Через время спохватилась, счастливо засмеялась, Максим улыбнулся в ответ.

Они пошли в сторону террасы ресторана, сделав шаг синхронно, будто договорились и репетировали не один десяток раз. Максим закинул сумку на плечо, другой рукой обнял Миру, прижимая к себе. Они шагали в ногу, ему приходилось делать шаг чуть меньше, ей - больше, чтобы идти вровень, и это прекрасно получалось.

- Почему ты не сказал, что прилетаешь? - Мира нахмурила брови, попыталась, улыбка пробивалась сквозь наигранную строгость.

- Я говорил, что прилечу, как только смогу, - Максим пожал плечами, усаживаясь на удобный стул, оглядываясь вокруг.

Всё так, как он видел сотни раз на фотографиях и коротких видео. Он знал здесь каждую доску на полу, каждый шуруп, знаком лично с обслуживающим персоналом, может точно сказать, когда посажены цветы, и как давно их поливали. Максим улыбнулся официантке - та подошла после жеста Мирославы, - как старой знакомой и посмотрел на вид прибоя, словно видел его каждый день.

Мира быстро проговорила заказ и растянула губы в улыбке, в ответ Максим чуть не растёкся по деревянной поверхности стола. Ещё раз пробежался взглядом по девушке напротив, и ещё раз, будто проводил инспекцию, особо строгую ревизию. Всё на месте.