Муха в самолете

То-то! И я, похоже, знаю… Ладно, тебе это неинтересно, получил за работу конвертик, и хорошо. Значит, через три дня!

Но потом Ася позвонила Ильясу и бодро сказала:

– Отбой. Без тебя справилась!

Ильяс, естественно, не стал встречаться со старухой.

– У тебя есть ее телефон? – в нетерпении воскликнула я.

Ильяс быстро замотал головой:

– Нет, нет.

– Адрес давай.

– Тоже не знаю!

– Разве можно так глупо врать? – удивилась я. – Только что ведь рассказывал, как ходил в домоуправление!

Ильяс кашлянул:

– Ну, в общем…

Я топнула ногой:

– Кажется, ты плохо оцениваешь нависшую над тобой опасность! Асю убили из-за того, что она вышла на след Луизы Иосифовны! Ты ей помогал, значит, следующий в очереди на кладбище!

Ильяс вцепился пальцами в столешницу, его лицо выглядело невозмутимым, но костяшки побелели.

– Ничего я не знаю. Ася не рассказывала подробности…

– Ты это убийце объясни, – перебила я, – впрочем, она не станет церемониться, снова переоденется Снегурочкой – и бац, нету Ильясика. Вот и рассказывай потом Петру, что на самом деле зря пострадал.

– Какому Петру? – ошарашенно промямлил Ильяс.

– Говорят, у ворот рая стоит с ключами в руках святой Петр, – спокойно пояснила я, – уж не знаю, так это или нет, но, похоже, у тебя, если не сообщишь мне координаты Раисы, в самое ближайшее время появится возможность лично проверить, правду ли болтают люди о том свете.

Лицо Ильяса вытянулось, глаза словно провалились внутрь черепа, в наступившей тишине мне был хорошо слышен голос, звучавший из радиоприемника:

– Катечка Новикова, вечернее шоу «Домой», итак, всем-всем…

– Кое-кто сегодня может и не попасть домой, – чтобы окончательно добить парня, заявила я. – Жизнь такая странная штука: ушел здоровым, веселым и… не вернулся.

Лицо Ильяса мгновенно потеряло мужественность, красота стекла с него, словно вода со скользкой клеенки. Из кармана пиджака он выхватил мобильный, дорогой, новый аппарат и хриплым голосом сказал:

– Чуяло мое сердце, вляпалась Аська в дерьмо! Пиши телефон Раисы Ивановны.

Получив все необходимые данные и велев Ильясу сидеть тихо-тихо или, еще лучше, взяв семью, временно переменить место жительства, я поехала домой к Линде. На дворе почти ночь, старушка Нестеренко, счастливая обладательница норковой шубы, давным-давно спит. Завтра с утра побеспокою бабушку, а сейчас следует и самой отдохнуть.

Глава 20

Дверь мне открыла Линда. Подбоченившись и отставив в сторону правую ногу, она сурово спросила:

– Где шлялась? Если полагаешь, что сможешь здесь как родственница бесплатно жить и питаться, то ошибаешься!

Я быстро вытащила кошелек.

– Вот, я устроилась на работу.

– И куда же? – недоверчиво поинтересовалась хозяйка.

Я стала стаскивать смертельно надоевшие за день сапоги.