Муданжские зарисовки (СИ)

Байч-Харах посмотрел на него ещё немножко, потом достал из унгуца одеяло, поковырял уголок и накрыл Хоса. Тот хотел было возмутиться — куда в такую жару ещё одеяло? Но тут понял, что у этой штуки был охлаждающий эффект. С подогревающими одеялами Хос уже имел дело на северах, а тут что-то новенькое.

Поначалу он растянулся на спине, благо рельеф степной почвы позволял пристроить хребет так, чтобы не заваливаться набок. Но через полчасика достаточно остыл, чтобы свернуться клубком. Вскоре человеческие голоса его уже не беспокоили — привык за годы службы. Особенно если хоть один из голосов принадлежал кому-то из друзей, как сейчас, мирно болтающие люди больше не звучали как опасность.

Проспал Хос до заката. Тень давно ушла на другую сторону унгуца, а он даже не заметил, так хорошо было под волшебным одеялом. Он бы и дальше спал, пока Байч-Харах не пришёл бы его поднимать и загонять в унгуц, но его разбудило что-то, коснувшееся лапы. Хос осторожно потянул носом воздух.

Эге, да у него под одеялом гости. Похоже, какая-то степная мелочь, но не грызуны. Пахнут как хищники, только молодые. Детёныши. Молоком пахнут. Сурикаты? Песчаные ласки? Нет, у тех детёныши совсем маленькие, а тут…"

"Хос приоткрыл один глаз. Слева от его вытянутой лапы и правда свернулись три клубка. По расцветке их природу было не определить: поперечно-полосатые волоски, в массе своей создающие рябь, на которой трудно задержать взгляд. Половина всех мохнатых тварей так выглядит. Хос аккуратно поднял лапу и перекувырнул ближайшую тварь так, чтобы она развернулась из клубка и показала морду. Морда оказалась светлая, треугольная, с большими ушами. Тварь в растерянности замахала лапками, и от неё пахнуло теплом… и псиной. Хос рефлекторно фыркнул.

Вообще у него обычно не возникало конфликтов с собаками: в его родном лесу никаких псин не было, а Филин сам боялся его до дрожи в хвосте. Но это потому, что Филин умный. Городские же собаки с перепугу начинали орать, так что если Хос прогуливался вечерком по улицам, его маршрут можно было отследить по брёху до небес. Хос шум не любил, но заткнуть заполошных идиотов можно было разве что напугав их до полусмерти, а тут уже хозяева возражали. Поэтому Хос старательно выбирал для прогулок улицы, на которых не жили собаки, благо в большом городе таких хватало.

Конечно, стоило ему фыркнуть, как все трое щенков подскочили и заголосили. Они не мяукали, как милые котята, а подвывали, как напуганный Филин, и Хос раздражался всё больше. Проще всего было бы их прибить и сожрать, но он не очень любил в своей пище запах псины, да и не проголодался ещё…

К тому же на тонкое завывание щенков откликнулся голос взрослого.