Муданжские зарисовки (СИ)

В принципе, можно было залудить лепёшки или пирог… Но начинать как-то не хотелось, Ологу всё время казалось, что стоит заняться хоть сколько-то длительным делом, и всё это просто исчезнет — дом, еда, обновлённый город… Вот только его родная избушка уже не появится.

Меж тем, пока он так размышлял, его и правда прервали — стуком в дверь. Он открыл с опаской. За дверью стоял старичок — не низок, не высок, сухонький и чуть сутулый, но одетый небедно, а рядом с ним стояла тумбочка на колёсах. Точнее… Олог присмотрелся: не тумбочка, а маленькая печь. На неё был водружён большой чугунок, издававший аппетитное побулькивание.

— Завтрак, — пояснил старичок. — Миску давайте.

Олог сгонял на кухню за миской и получил щедрую порцию мясо-молочной каши, да ещё хрустящую горячую лепёшку, вынутую из какого-то ящичка в печи.

— Далеко не уходите, — сказал старичок, закрывая ящичек. — Скоро Нубут-хон придёт, пойдёте в банк оформляться.

Что значило это странное слово, Олог не понял, но порадовался, что про банк Нубут-хон не забыл. Тем временем старичок развернулся и покатил печку к следующему домику, где на пороге уже маячил жилец — невысокий, но сложенный, как воин, с волосами горца и очень странным лицом. Он получил от старичка две миски, аккуратно поклонился и ушёл в дом. Олог решил не выстужать больше жильё и еду и тоже вернулся на кухню.

После завтрака, однако, Нубут-хон не объявлялся, а вид соседа не шёл у Олога из головы. Уж очень странное было у мужика лицо, Олог никогда не видал таких горцев, хоть сам жил близ гор. Но если его домик был специальным жильём для путешественников, значит, соседский тоже?..

В итоге Олог не выдержал и пошёл знакомиться. Пусть даже его прямо отсюда катапультирует куда-то в другую галактику, сдержать любопытство он не мог. Дошёл до соседской двери и постучал.

Странный горец открыл почти сразу, заулыбался и затараторил на незнакомом языке. Олог уставился на него: он впервые слышал, чтобы у горцев был собственный язык.

— Ты с Худула или с Ахмадула? — спросил он.

Мужчина открыл рот, как будто внезапно понял что-то важное.

— Я не муданжец, — произнёс он с чудовищным акцентом. — Путешественник. Я и жена.

Он махнул рукой, приглашая Олога в дом. Тот был спланирован точно так же, как его собственный. На кухне у окна сидела с пиалой в руках совершенно чёрная женщина.

— Видишь? — осклабился сосед крупными зубами, каких не бывает у муданжцев. — Мы не отсюда.

— Вы… провалились в зияние? — изумился Олог. Он знал, что кроме Муданга в космосе есть и другие планеты, и позапрошлый Император даже на них летал и говорил, что там тоже живут люди.