Муданжские зарисовки (СИ)

А тут вон всё непонятно из чего, как знать, пользуются ли они ещё такими… Кофе у Нубут-хона оказался отменный, диван — мягким, и уставший от переживаний Олог выложил в ответ на благожелательные вопросы всё как на духу, даже всплакнул немного. Нубут-хон понимающе кивал.

— Это, значит, вы тюинскую эмаль делали? — уточнил он. Нубут-хон говорил чисто, как Олог привык слышать. Не иначе, нарочно учился ради путешественников. — А по какой стали?

Олог усмехнулся. Сталь у него была какая надо.

— Джерская у меня была сталь, самая дорогая.

— Ух ты! — поразился мужичок, подогрев Ологову гордость. — И секрет выплавки знаете?

— Как не знать, — хмыкнул Олог. — От Сирия до Худула я один с ней и работал!

— Вот как! — выпалил Нубут-хон, схватился за свою табличку и забарабанил по ней пальцами. — Это невероятно интересно! Видите ли, до наших времён секрет этой стали не дошёл!

Олог вытаращился на него. На юге же было полно мастеров! Многие даже не очень-то держали при себе тайну производства, уж сколько он на это сетовал! Это что же, джингоши там подчистую всё выжгли?.. А Олога, не иначе, боги уберегли, сюда отправив… Уж не потому ли и уберегли, что он знал секрет джерской стали?..

— Ахмад-хон, — взволнованно заговорил Нубут-хон, глядя в свою табличку. Теперь он говорил вовсе не привычно, а как те купцы. — У меня тут путешественник, который утверждает, что знает технологию джерской стали.

Секунду была тишина, а потом раскатистый голос прямо из таблички произнёс:

— Я сейчас же подойду.

— Конечно, Ахмад-хон! — закивал мужичок и отложил табличку. — Может, ещё кофейку или пообедать?

— У вас Император в зеркале живёт⁈ — выпалил Олог, прикидывая, как бы обогнуть проклятого обманщика и выскочить в дверь за его спиной.

— Нет, что вы, это просто для связи, — заулыбался Нубут-хон, но Олог больше ему не верил. — Ахмад-хон совершенно реален и сейчас придёт сюда, как все люди, через дверь.

— Да⁈ — зарычал Олог, вставая. — И что это ваше чудище со мной сделает⁈ Сожрёт на обед⁈

— Скорее, даст денег, — прозвучал от двери тот самый раскатистый голос. Олог поднял взгляд и увидел высокого мужика среднего возраста, с длинной косой и без бороды, дорого одетого и немного… как говорила мать Олога, пожёванного жизнью. Так-то он был статный, но лицо немного как будто помятое. — Не спешите, господин мастер, мы тут люди деловые.

— Вы так быстро! — удивился Нубут-хон.

— Проходил мимо, — пояснил мужчина.

Он прошёл к дивану и уселся рядом с Нубут-хоном, никому не кланяясь. Олог запоздало сообразил, что это и есть Ахмад-хон. Ох ты ж, знал ведь, что купцам веры нет, а всё попался!

— Господин мастер, — улыбнулся тем временем Ахмад-хон, будто и не ожидавший приветствия по форме.