Муассанитовая вдова

– Льерт? – тихо позвала, оставаясь лежать на мужской груди в вечернем платье и рубашке поверх.

– Ты слышал, что я только что сказала?

– И ты не спросишь, были ли у меня другие мужчины до Мартина и как много?

Я замерла, готовая доказывать, что была верна первому супругу, а до него у меня и подавно никого не было, но ответ Льерта удивил:

– Нет, мне это не интересно.

– Почему? – растерянно моргнула.

– Потому что считаю неважным, сколько у женщины было мужчин до меня. Главное, чтобы я стал последним.

Глава 24. Знакомый путь не всегда короткий

Убийственно прямая логика Льерта не давала покоя. Я шла и повторяла эти слова, пробуя на вкус. Мужчина сказал, что уже полдень и надо поторапливаться, чтобы не попасть в очередной кислотник. Я машинально хотела снять его рубашку, но Льерт настоял, чтобы она осталась на мне:

– Ты вчера сильно переохладилась, тебе важнее. Я не заболею. На астероиде условия были во много раз хуже.

Я лишь бросила взгляд на его зарастающий после ранения бок, кивнула и тихо поблагодарила. Мы шли по улицам Оенталя, негромко переговариваясь. После выпавшего кислотника гуманоиды, будь то местные или приезжие, ходили хмурые как на подбор. Кто в мембранных плащах, кто со сферами-зонтами, почти все в специальных сапогах…

На странную пару – босую меня в вечернем платье и мятой мужской рубашке и полуголого Льерта – никто не обращал внимания. Вместо того чтобы возвращаться через центр, где на нас напали, Льерт повел меня более длинным, но знакомым ему путем, через Глиняный рынок. Здесь царили шум и гам, торговцы злились, что не успели убрать палатки, у многих попортился товар. Никто не ожидал выпадения осадков так рано.

– Но как же так?! По прогнозу погоды ни кислотника, ни града не обещали… – сетовали на каждом углу.

– А какого шварха ты тентом прилавок не накрыл?! – донесся рык бородача, нависшего над тощим пареньком-помощником. – Еще две недели мог бы торговать!

– Но, господин, я же не знал…

Льерт вдруг резко схватил меня за талию, поднял воздух и отпрыгнул в сторону – визжащая парочка подростков пронеслась мимо на скутере, забрызгивая всех застоявшейся кислотой из серо-зеленых луж. В спину молодежи понеслись недовольные крики:

– Да чтоб вам всю резину на колесах разъело!

– Безголовые! Лучше бы родителям своим помогали…

Сердце бешено заколотилось, когда пришло осознание, что нас могли задавить. Льерт дотронулся до моего лица, привлекая внимание, оторвал кусок материи от своей рубашки и тщательно вытер брызги со щеки.

– А то ожог останется, – сказал он, чему-то мысленно кивнув. – Впереди глубокая лужа, а ты босая, давай возьму тебя на руки.

Мужские ладони вновь сжали талию, но я засопротивлялась:

– Не надо, я тяжелая.