Мрачный Взвод. Моровое поветрие

Гляди, и для тебя красную принесли.

– Я что, на петуха похож? – проворчал Лука.

– Ты меня петухом назвал?

– Не только тебя.

Владлен покачал головой и принялся заплетать косу. Волосы отросли, до самого пояса доставать стали, как у иной девицы.

– Все равно мне кажется, что ни к чему было этот праздник устраивать. Сменился царь, ну и что?

– Не просто сменился, – поправил Луку Владлен. – Законный наследник вернулся. Радуется народ, прекрати портить веселье.

– Тогда я в палатах останусь.

– Не останешься.

Владлен встал перед Лукой и упер руки в бока; пытался, конечно, угрожающе выглядеть, но в глазах плясали искры веселья.

– Кто-то должен за мной присматривать, а то я натворю бед.

– Пить не умеешь? – безразлично спросил Лука."

"– Нет, – легко признался Владлен. – Пара кружек чего крепкого – и все: перед глазами пелена, а наутро не помню ничего. Батя такое рассказывал…

– Я понял, – перебил его Лука. – Ну, будь по-твоему. Только не говори потом, что я своей недовольной рожей праздник тебе испортил.

– А ты постарайся не хмуриться, – посоветовал Владлен. – Говорят, помогает от вечного недовольства.

Выйдя из царских палат, они оказались в пестрой людской толпе. Девицы украшали венки лентами и надевали их на проходивших мимо юношей, рабочие мужики катили бочки с медовухой, дети путались под ногами. Чуть поодаль расположились местные умельцы, торговали кто чем богат, но в основном украшениями. Барабаны гремели, гусли пели нежными трелями, сильные женские голоса тянули песню, восхвалявшую царя.

Луке стало неуютно в толпе, он закрылся, сжался. Владлен же счастливым выглядел, сиял как медяк начищенный. Озирался по сторонам, улыбался, будто всю жизнь провел на ярмарках и праздниках.

Подойдя к столам с украшениями, Владлен, словно сорока, принялся разглядывать блестящие сережки. То одну возьмет, покрутит в пальцах, то другую. Лука долго наблюдал за ним, потом указал на лучистое солнце и сказал:

– Вот эта тебе подходит.

– Думаешь? – Владлен нагнулся, чтобы поближе рассмотреть украшение. – Будет защищать оно меня, а, дед?

Старик расплылся в беззубой улыбке, закивал.

– От всякой напасти спасет! – заверил он Владлена.

– Тогда куплю его! А тебе…

Лука нахмурился, наблюдая, как друг его отчаянно что-то ищет на столе.

– Ага! – Владлен схватил что-то. – Держи монеты, дед, и выпей сегодня за наше здоровье!

Довольный сверх всякой меры, Владлен подошел к Луке и показал украшения на раскрытой ладони: рядом с символом солнца лежала звезда, ощетинившаяся лучами.

– Тебе, – пояснил Владлен. – Как напоминание о твоей волкодлачьей натуре и Небесной Стае.

– Спасибо, конечно, да только уши ни у меня, ни у тебя не проколоты.

Лицо друга вытянулось, и Лука хмыкнул, сдерживая смех.