Можно тебя навсегда

Через пятнадцать минут дружный коллектив Усмановых-младших висел на Богдане, перебивая друг друга спешил поделиться новостями. Вишенка крутилась рядом, поскуливая от удовольствия, позволяя себя гладить всем, особенно Жене. Ну, так, из уважения к главной женщине дома и в надежде на внеурочное кормление. Заслужила! Заслужила ведь?"

"Артём снова перестал ходить в школу, сказал – скучно. Зато у него учитель английского языка прямо из Норвегии! Он туда жениться поехал. И ещё другая учительница есть – её Тёмка слушается и все-все уроки делает. Мама сказала, что Артём теперь раз в четверть будет в школу ходить, тетрадки показывать и контрольные работы сдавать, учиться будет дома. Богдан похвалил начинание, а что остаётся? Не складывается у Тёмыча в школе. С детьми дружит, а на уроках хулиганит – скучно.

Он не хулиган, и парень смышлёный. Дома действительно лучше, на конюшне интересней, отбивать интерес у парнишки к учебе не хотелось. Решили, попробуют экстернат, удалённое обучение, выбор программ огромный, учителей ещё больше, к средней школе видно будет.

Тимур, наоборот, ходит в садик. Правда, до сих пор до тихого часа, потом мама приезжает на машине, беспокоится, что он устаёт. А он вовсе не устаёт!

– У Тимы а-да-пта-ци-я, – авторитетно сказала Синичка и ласково погладила брата по голове.

«Адаптация» – с ума сойти! Четырёх лет нет человеку…

– Панфилий чуть не сожрал Изота, – как ни в чём не бывало продолжила Синичка.

Изот, а чтобы было понятно – это не обыкновенный волнистый попугай, а названный греческим именем, означающим «полный жизни». Откуда тогда ещё трёхлетняя Синичка узнала об этом, Богдан наверняка не выяснил, подозревал канал «История».

Рассказала и про жизнь лично её лошадки – карликовой фалабеллы. Лошадей Синичка любила, так же, как и все домочадцы, но… естественно, опасалась. Тимур уже уверенно держался в седле, на неизменной Ромашке. Тёмыч справлялся с управлением степенного Султана, а Синичке досталась малышка, в холке едва достигающая семидесяти сантиметров – такая же добродушная и умненькая, как её хозяйка. Дочка похвасталась новым платьем, игрушкой, яркой подушкой для сладких-сладких снов, а откуда синяк на коленке – не призналась.

Лишь через два с лишним часа Жене удалось уложить взволнованный детский сад спать. Тёмыч на правах взрослого порывался остаться с родителями, обсудить прошедшую охоту с отцом. Женя была непреклонна. Спать! Богдан только руками развёл, мол, маму надо слушаться – закон.

Крош спустилась со второго этажа, где помимо огромной гостиной, превратившейся в игровую зону, расположились четыре спальни. Каждому ребёнку и родительская. Тёмыч перебрался в свою комнату, как только переехали в новый дом.