Школа Лысой Горы. Тайны Калинова моста.

– Девушка ввела тебя в заблуждение, потому что сама ещё не всё о своём состоянии знает, а ты не смогла определить существо в ней как живое, поскольку оно пока не сформировалось, не может жить автономно и ещё неразумно. Испугалась, что оно «сосёт жизнь», так? Только что зародившийся крохотный человечек по законам природы вынужден развиваться за материнский счёт.

– Погодите, она всё-таки беременна?! – Предположение подтвердили, и Василиса со стоном прижалась к тёплому, упругому плечу Елисея, такому надёжному и почти материальному. Боже, она приняла за мерзкую потустороннюю нежить будущего ребёнка! Она поставит дюжину огромных свечей в церкви за того, кто написал инструкции для некромантов! И безразлично, что церковная атмосфера болезненно действует на нечисть – она могла атаковать неродившееся дитя!!! Нервный озноб пробрал до пяток, и Василису заколотило как в лихорадке.

Объятья Елисея стали жарче и плотнее, он с ноткой сочувствующего веселья прошептал ей в распущенные локоны волос:

– Выбрось из головы все думы из категории: «О ужас, каким монстром я стала!»

– Вы умеете читать мысли?

– Этого не умеет никто, но твои мысли все на лице написаны, – с нежностью прошептал Елисей. – Не переживай понапрасну, заклинания, рассчитанные на нежить, зародившейся жизни никак не повредили бы, поверь. Да и ты так осторожно используешь свой дар, что даже на агрессивно нападающего неупокоенного не рискуешь руку поднять!

– Эмоции формируются на основании наших знаний и прежнего опыта, – наставительно сказал Елисей. – Ты запомнила свои ощущения от зарождения жизни, впредь сразу их опознаешь и твои чувства будут под стать событию: светлыми и радостными. До сих пор ты, некромант, автоматически относила всё, что не определяется как живое, к чудовищам и монстрам, а теперь твой разум внесёт коррективы в твои ощущения. Ты же не воспринимаешь своего полтергейста как опасное и злобное существо?

– Нет, – согласилась Василиса. Она могла бы добавить: «А вас и вовсе ощущаю как самое дорогое, родное и близкое», но, конечно же, промолчала.

Надолго повисшую между ними тишину нарушило тактичное покашливание, и Василиса с трудом оторвалась от своего директора, залившись румянцем под выразительным взглядом учительницы третьей школы Энска.

– Я так понимаю, обратно ты поедешь не со мной? – усмехнулась ей Ольга Николаевна.

– Да, мы двинемся напрямую в Лысую Гору, не заезжая в Энск, – невозмутимо подтвердил Елисей.

В середине декабря вернулись сны про Калинов мост.

Перед 31 октября ей постоянно снились родители, звавшие ее и о чем-то просившие, стоя на мосту, который то вдруг прогнивал на глазах и проваливался под ними, то начинал гореть.