Мост через огненную реку

Король обещал заменить Энтони – потом, когда все успокоится, отпустить в Оверхилл – вот как только все успокоится, так хоть на пять лет… Себастьян много чего обещал, и никто не сомневался, что все эти обещания будут исполнены уж никак не позднее, чем когда Бейсингему исполнится семьдесят.

Дни были заполнены трудами, а вечера – весельем, и никто не замечал, что с Энтони что-то не так. Да все и на самом деле было прекрасно – если бы не сны.

Уже которое утро подряд Энтони просыпался с мокрыми щеками. Ему снился какой-то тяжелый мучительный сон. После истории со Святым Ульрихом он серьезно относился к снам, беда была лишь в том, что ему ничего не удавалось вспомнить. В памяти неизменно оставались лишь последние мгновения: он сидит на земле в пустом саду, положив голову на скамейку. Место он знал: это был крохотный садик возле дома Рене, и скамейка та самая, на которой лежал тогда его мертвый друг. Вокруг ни души, и тоска такая, что хочется завыть на весь подлунный мир.

Днем сны отступали, однако тлели в глубине души, как угли под пеплом. Так продолжалось до тех пор, пока однажды Эстер, нисколько не утратившая зоркости посреди этого бедлама, не спросила Энтони напрямик, что с ним творится.

– Не знаю… – пожал он плечами. – Глупость какая-то, дурные сны…

Но от герцогини так просто не отвяжешься. Пришлось рассказать все.

– Вы совершенно не помните, что вам снится?

– Абсолютно! Только конец.

– Хорошо. Тогда давайте зайдем с другой стороны. Может быть, как раз конец и важен? Он не связан с чем-либо в вашей жизни?

– Связан. Я сидел так, когда Рене… Но я совершенно не понимаю, к чему это… Там была еще Сана, но она мне не снится, да и причем тут она?

– Вы уверены? – встрепенулась Эстер.

– Конечно. Вы же знаете историю наших отношений. Это было чисто деловое соглашение. Кончились обстоятельства, кончился и договор.

– И все же я советую вам подумать: вы уверены?

Энтони лишь плечами пожал. Уверен, не уверен… Вот ведь любят матери семейств устраивать свадьбы, и Эстер, оказывается, той же породы. То есть, конечно, герцогиня Оверхилл из Саны получится такая, какая надо, но ему сейчас совершенно не до того, армия после года дамского руководства черт знает в каком состоянии. И потом – ничего себе причина для того, чтобы связать судьбу с женщиной, тем более добиваться той, которая его и знать не хочет! Сны, понимаете ли… Он знает, как надо бороться со снами!

На следующее утро Бейсингем отправился инспектировать полки и на весь день даже думать забыл о всяких там снах. Вернулся уже ночью, вымотанный до того, что еле добрался до постели. Уж после такого дня ему точно ничего сниться не будет!

Энтони проснулся поздно и с ощущением непоправимой беды. На сей раз мокрой была даже подушка.