Эпоха мёртвых. Москва

Может, и будут, пройдись там завтра, посмотри.

На ночь устроился в гостинце, заплатив за неё автоматными патронами, зашёл в номер, с трудом разделся и рухнул на кровать.

Разбудил его гомон многих голосов на улице — торговцы, жившие или ночевавшие в пансионате, собирались на работу. Он выглянул в окно, раздвинув пыльные занавески. Действительно, было суетно. Люди крутились возле машин, кто-то тащил какие-то тюки, прогревались моторы, в общем, день начинался.

Никаких туалетных принадлежностей у Хамзата с собой не было, поэтому он просто умылся и прополоскал рот водой из-под крана, а затем, спокойно одевшись, спустился вниз. Спешить было некуда, наплыв начнётся позже, поэтому он пошёл в местный «ресторан», где долго сидел над чаем с печеньем и малиновым вареньем, до которого с детства был большим охотником.

Лишь через пару часов он решил, что торговля должна была уже развернуться, поэтому заплатил за завтрак патронами из автоматного рожка и быстрым шагом вышел на улицу.

Велосипед с хитрым японским названием никуда не делся, так и стоял возле крыльца, где Хамзат его оставил. От пансионата до рынка было примерно с километр по нормальной асфальтированной дороге, так что доехал он быстро.

Надо было найти способ добраться до своих. Возможности напроситься в попутчики Хамзат оценивал честно. К какому народу он принадлежит, сомнения не вызывало, он был один, и шансы, что его кто-то подсадит, были невелики. А что довезут до места, так и ещё ниже, сам Хамзат ещё бы трижды подумал, везти подобного человека или убить его по пути, сняв с тела богатую справу. Поэтому ему нужен был собственный транспорт и никак иначе. Рассчитывать на захват не приходилось — он был один, а люди поодиночке теперь не ездили, но даже не это было главной проблемой. Можно было найти способ захватить машину и в одиночку, но вот убраться из этого места с ней бы не получилось. Он уже оценил, как хитро устроилась братва, открывшая этот рынок — с этого места было всегда два выезда, которые легко взять под контроль, или другой путь — вплавь.

Однако, когда он добрался до въездных ворот, кто-то с небес послал ему первый знак своего расположения. Прямо у входа стояла новенькая серебристая «Паджера» с объявлением о продаже. Он слез с велосипеда, подошёл к машине, осмотрел её со всех сторон, задумчиво почёсывая непривычную ещё бороду. Внедорожник выглядел идеально, ни царапинки на нём, да и салон, насколько можно было разглядеть снаружи, был совсем неизношенным. Не самая лучшая машина для наступивших времён, очень уж сложная, но вполне достаточная для того, чтобы добраться сперва до семьи, а затем до родины. Надёжности у таких «японцев» хватало с запасом.