Московский инквизитор

И вы представляете, вдруг, к своему удивлению, я застала там Николая и какого-то калеку на костылях. Он, знаете, такой пришибленный был. И одет так… — она брезгливо поморщилась. — Он так благодарил мужа за помощь, только что не плакал — я так поняла, что Николай ему денег дал или еще что-то. Я очень удивилась, но муж мне сказал, что потом все объяснит. Я, естественно, с ними не осталась! Они о чем-то еще поговорили, а потом этот калека ушел!

— Потрясающе! Из этого может получиться великолепная история! Ваш муж не говорил, как звали этого человека? Если Николай Владимирович ему действительно помог, то мы могли бы взять у того интервью, дать фотографию в журнал! Это очень хорошо прозвучало бы! И с большой выгодой для вашего мужа!

— Чтобы я интересовалась каким-то калекой? — удивилась Лариса Сергеевна. — Конечно, я его имени не спрашивала, а муж не говорил. Объяснил только, что помогал деньгами своему старому знакомому, но теперь лавочка закрылась — он, знаете, любит подобные выражения. Причем говорил о нем с таким пренебрежением. И вдруг я опять вижу этого калеку на костылях в собственном доме да еще в свой день рождения! — возмущенно воскликнула она. — И ради него Николай бросил и меня и гостей! Конечно, я вспылила! А кто бы поступил иначе на моем месте?"

"— Как я вас понимаю! — сочувственно сказал мужчина.

— Я была оскорблена настолько, что наорала на этого инвалида и приказала немедленно уходить! Ну сколько можно тянуть деньги из моего мужа?

— А у этого несчастного в руках были деньги?

— Кажется, нет. Но что-то определенно было… Коробка какая-то. Такая небольшая. Или она стояла на столе? Нет, не помню! Но что-то он с ней делал! Я высказала мужу все, что думаю по этому поводу, и ушла! А через некоторое время и Николай к нам присоединился.

— Но Николай Владимирович как-то объяснил вам, что это за человек?

— Нет, — помедлив, сказала Лариса Сергеевна. — Да мне и неинтересно. А когда гости разошлись, Николай передо мной извинился и дал деньги на эту поездку. И вот я здесь! — лучезарно улыбнулась она.

— Знаете, Лариса Сергеевна! У меня складывается впечатление, что Николай Владимирович втайне от вас занимается благотворительностью, — предположил мужчина.

— Николай? Благотворительностью? — Она просто опешила.

— А почему бы и нет? Скажите, вы уверены, что это был тот же самый человек, что и в первый раз?

Женщина призадумалась, хотя ее состояние впору было описать совсем другими словами: впала в ступор — непривычный для нее мыслительный процесс явно протекал очень мучительно. Наконец она недоуменно сказала:

— Знаете, я вот сейчас вспомнила… Кажется, это был другой калека. Тот, первый, был жалкий и потерянный, а этот… Да нет, таким он не выглядел.

— Ну, вот вам и вся разгадка! — весело сказал мужчина.