Захват Московии

Дед говорил, что Сталин и Берия тоже часто на Политбюро на грузинском гутарили, а бюрошники сидели и потели — кого расстрелять хотят?.. Непонятно же. И возразить нет возможности, что сами решат, то и решат… Прикинь — политическое собрание сидит, маршалы, генералы сидят, а они меж собой по-своему трут… и все молчат, дышать не могут, ждут… Окачерыжиться можно от страха!

От пива жить стало свободнее, голова перестала казаться саркомой из стариковой банки, сил прибавилось. Я хотел спросить, кто были эти джиповики, присланные полковником, но мы уже были около милиции.

Подруливая к черному выходу, сержант обнадежил меня:

— Если вчера отпустили, сегодня уже не посадят.

«Не факт», — хотел я сказать, но передумал, занятый мыслью о том, скоро ли чипы выдумают, чтоб всадить под мозг — и готово, любой язык у тебя на мягком диске мозга сидит, по черепу крылатые слова и выражения летают… Как те проклятые жёлтые проценты в сомбреро, что мою карточку сожрали!

Высадились, вошли. На площадке курили двое молодых людей невзрачного вида, похожие друг на друга пустыми лицами. Сержант на ходу бросил:

— Здоров!.. Здоров!..

Ему эхом отозвались:

— Они братья? Больны? — спросил я.

— Ну, «будь здоров», похожие лица…

— Нет, это так, вроде «привет-привет». Не, это тихарики, топтуны, они всегда здоровы — по улицам в мороз и дождь бегают, что им сделается, они закалённые. — Он постучал в дверь кабинета: — Можно?

— Не можно, а разрешите войти! — донеслось до нас.

Полковник сидел за столом в полосатом костюме и черной рубашке без галстука. Вот он, босс из бассейна. На столе — «Hennessy», лимон на блюдечке, бокалушки на подносике.

— Прошу, дорогой Фредя, битте, геноссе! — Полковник привстал, обвел рукой стол. — Скотч перед ланчем!

Битте шён, Иван Андрейч… А говорят, что немцы пунктуальны? А? — Он шутливо с хрустом заломил манжет: — Сколько у нас? Почти два…

Я начал оправдываться:

— Пока ванна… сё и то, и эдакое… Часов нет… телефона нет… у вас… — но он прервал меня:

— Конечно, кто в милицию своими ногами идти хочет? Но учтите, все ваши бумаги готовы, как и обещано! — Он налил коньяк и ловко пустил бокал по полированному столу прямо ко мне в руки, а сержанту указал: — Один и ты можешь хряпнуть, братец, но только чтоб потом чаем закусил.

— Спасибо, товарищ господин полковник. — И сержант налил себе добрые полбокала.

— Не многовато ли? — сощурился полковник. — Ведь ты на работе, нас еще везти.

— Так я… на два раза… чаем закушу… или чесночком…

— Нет уж, лучше чаем. Ну, за наше знакомство!

Он поднял бокал и как-то просветленно-обрадованно посмотрел на меня.

Все выпили.