Метро 2033: Под-Московье (трилогия)

Вдруг это те самые пралюди, прародителей, которых в свое время пытались найти историки Рейха? Надо изловить одного такого и изучить. Представляете, каких бойцов мы можем получить? Не рассуждающих, неутомимых, непобедимых!

У гауляйтера волосы встали дыбом. Пожалуй, этот фюрер был еще покруче прежнего.

— Да, кстати, — вспомнил вдруг фюрер, — а группа Дитля до сих пор не вернулась?

— Нет, мой фюрер. Ждем со дня на день, — машинально ответил гауляйтер.

— Как же я мог забыть про Уголок Дурова? — сокрушался Профессор.

— Ну, и что бы изменилось? — поинтересовался Игорь.

— Постарались бы обойти как-нибудь.

— Да не факт, что нас гнали зверюшки именно из этого уголка. Может быть, это была стая из парка.

— Да нет, ведь в стае были разные животные, даже птицы, но действовали они вместе. Охотились согласованно, как будто кто-то ими управлял. А это жуткое существо… брр. До сих пор не понимаю, что это было, — пробормотал Профессор.

«Зайчики в трамвайчике, — подумал он. — Стоят звери около двери. Конечно, он был как-то в Уголке Дурова с дочкой еще до Катастрофы. Да и мать его туда водила мальчишкой. Мартышки в передниках и бантиках, как и медведь с ошейником, выглядели очень мило и, казалось, с удовольствием проделывали трюки, которых от них ожидали. Люди всегда рады выдать желаемое за действительное. А ведь той ночью они едва ноги унесли от этих милых, добрых зверюшек — или то было уже их потомство?»

Если повязать медведю бантик, он не превратится в зайчика — об этом хорошо знают дрессировщики. Они знают, каково удерживать в повиновении дикое животное, которое в любой момент радо забыть, чему его обучали. Вдруг хищник учует запах крови — и в одно мгновение многолетний труд летит к чертям.

«То же самое происходит в метро с людьми, — подумал вдруг Профессор. После Катастрофы с большинства мигом слетел тонкий налет цивилизации. Они уподобились животным, оставшимся без дрессировщика, — грызутся между собой, убивают из-за добычи. И лишь немногие еще держатся, еще сохраняют человеческий облик. Но их все меньше…»

— Говорят, в Питере есть какие-то собаки Павлова, — вспомнил Игорь. — Они вроде тоже охотятся стаей.

— Да что там Питер! Подумаешь, собаки Павлова! — бесцеремонно вмешался в их разговор сидевший рядом мужик. — Это они еще наших кошек Куклачева не видели!

Игорь поежился. Неужели теперь он всегда будет вздрагивать, услышав слово «кошка»? Профессор подозрительно посмотрел на него.

— Вообще-то я таких тоже не видел, — словно оправдываясь, сказал Игорь. — И даже не слышал о них. Порода, что ли, такая?

Профессор, наоборот, оживился — видно было, что тема ему знакома.

— Нет, это дрессировщика фамилия, — сказал он.

— Потому и не слышал, что не здесь они шустрят.