Морозов. Книга 6 [СИ]

— Куда им уходить? — не мог остановиться я. — Куда идти болотнику, когда его болото будет высушено? Или лесовику, когда деревья уйдут на лесопилку?

— Ты ведьмак или кто? — сурово уточнил Сергей.

— Я темный. Меня тоже с нечистью ровняют. Хотя я ничего дурного людям не сделал. Или не слышали никогда, что от темного ждать хорошего не стоит?

Повисло тяжелое молчание. Суворов хотел было продолжить беседу, но Алина его одернула. И остаток пути мы шли молча.

Тропа образовала крюк, и вывела нас на дорогу с развилкой. Три тропы уводили в разные стороны. А перед ними стоял огромный потрескавшийся, от времени, поросший мхом камень. На нем виднелись надписи, предлагающие выбрать направление.

Проводник остановился возле указателя и произнес:

— Далеко ещё? — уточнил я, но Ленька покачал головой:

— Почти пришли, — произнес он и как-то странно поежился.

В душе зашевелилось нехорошее предчувствие. Я схватил парня за ворот куртки и притянул к себе.

— Не надо нам туды, милсдарь. Там сгинем все. Печенкой чую, — он потер место, где я видел свитое из тьмы гнездо.

«Темный», — ласково позвал меня низкий женский голос.

Между деревьев мелькнули огоньки глаз и тотчас пропали.

— Я, — тихо ответил и сделал вид, что обратился к самому себе.

«Останься. Других отпущу», — пообещал мне голос.

— Не врешь? — едва слышно шепнул я.

«Останься. Узнай мою сказку.»

— Дай мне слово заветное, крепкое, что отпустишь моих друзей.

«Кто научил?» — голос был удивленным, но не дождавшись ответа, он продолжил «Даю тебе слово заветное. Слово мое верное-крепкое-лепкое. Ты останешься. Друзья твои уйдут. И я за ними не пойду и велю своим братьям и сестрам их не трогать.»

Я кивнул и подкинул на плечах рюкзак.

— Слышали? — спросила вдруг Алина и оглянулась.

И в этот момент в кронах деревьев мелькнула густая тень. Миг — и огромный зверь оказался на тропе. Прыгнул на меня, сбивая с ног. А затем, острые зубы впились в куртку, и зверь сиганул, скрываясь на дереве и унося меня с собой.

Пару раз я больно ударился о ветки и сгруппировался, сжавшись в позу эмбриона и закрыв руками голову.

— Барин! — послышался с земли крик Проньки.

Ветки зашелестели, ломаясь и больно хлестали по предплечьям. И я в очередной раз порадовался, что догадался закрыть руками голову. Иначе висеть моим глазам на ветвях деревьев. Да и лицо мне наверняка бы распороли острые сучки.

Внизу послышался треск огня, гул ветра и холод льда. Но зверь уже прыгал по ветвям деревьев, волоча меня как Багира маленького Маугли.

Гонка кончилась так же быстро. Зверь мягко спрыгнул на землю и положил меня в траву. Прислушался, навострив уши. А затем припала к земле и зло зашипела. Потом словно растворилась в воздухе.