Морозный ветер атаки

– Выспался боец. Три часа на сон – просто роскошь.

Послышался топот. Все насторожились. Вскочила и завертела головой заспанная Настя. В келью влетел взволнованный Гулыгин.

– Товарищ лейтенант, в подвале люди сидят. Не военные, наши, гражданские. Ей богу, перепугался даже. Спускаюсь туда, иду, а на меня вдруг такое привидение из-за угла, бородатый мужик, страшный, в длинных одеждах. Я, ей богу, чуть не пристрелил его.

– Вот тебе и призрак первобытного монаха, – ухмыльнулся Карабаш. – Ты про сокровища у него спросил?

– Да иди ты! – отмахнулся Гулыгин. – Не припомню, чтобы боялся чего-то, а тут аж зубы застучали. Потом баба появилась.

– Тоже в длинных одеждах? – уточнил Карабаш, сдерживая смех.

– Ну да, – растерялся Гулыгин, потом вспыхнул, сжал кулак. – Слушай умник, я сейчас тебе в ухо дам!

– Никогда не угрожай человеку с автоматом, – назидательно сказал Карабаш и на всякий случай отступил. – Даже человеку с пустым автоматом никогда не угрожай.

– Короче… – повысил голос Глеб. – В подвале гражданские?"

"– Так я и пытаюсь вам это объяснить, товарищ лейтенант! – кипятился Гулыгин. – Мы же не стали подвал осматривать. Решили, что немцев там нет. Их там и впрямь нет, а гражданские есть. Пятеро, один больной. Бежали из соседней деревни. Её поджечь кто-то пытался, а немцы стали хватать народ и расстреливать. Они мирные, товарищ лейтенант. Сидят в подвале и всего бояться. Что будем делать? В принципе скоро наши сюда придут и они смогут выйти…

Но ознакомиться с этой публикой безусловно стоило. В подвал не спускались, снова ошибка. Теперь понятно почему калитка была заперта на засов.

Шубин оставил Гончара и Асташкина насторожить монастырь а с остальными направился в подвал. Гулыгин возглавлял процессию, светил фонарем.

Подвалы под монастырём действительно были знатные. Узкий коридор с каменными стенами вывел в сумрачный зал с низким потолком, который поддерживали массивные колонны. У дальней стены громоздились какие-то доски, разобранная мебель, задубевшие мешки с цементом. От зала лучами ответвлялись три коридора, чернели их бездонные проемы.

– На самом деле тут всё несложно, товарищ лейтенант, – зашептал Гулыгин. – Мне просто любопытно стало, спустился. Все коридоры заканчиваются тупиком. Помещений немного, но они просторные. Есть смежные комнаты, есть отдельные. Два коридора по быстрому смотрел, свернул в третий, а на меня как попёрли эти призраки. Думали что я немец, хотели доской огреть. Но когда я по-русски материться начал, передумали.

Люди находились в сумрачном склепе, где ощущался сквозняк. В углу горел небольшой костёр из обломков досок. Дым уходил сквозь щель в потолке, сквозило в этом месте прилично и в окружающем пространстве почти не чувствовался.