Народы моря

Заодно мои воины ограбили окрестности. Городские ворота по моему совету открывались за все это время только для того, чтобы передать нам серебро, еду, питье и скот. Я не был уверен, что сброд, собравшийся, так сказать, под моими знамена, не хлынет в город и не начнет грабить, уничтожив мою репутацию человека слова. Останавливать потом будет бесполезно, а доказывать, что случилось без моего ведома, бессмысленно.

Стоянка у стен Губла растянулась на пять дней. Всё, что я потребовал, передать и пересчитать быстро не получилось. Ифтаха прибыть ко мне в лагерь побоялся, сказавшись больным. Прислал старшего сына Шумадду в сопровождении Варака и небольшой охраны. Наследник был крепко сложен и высок по нынешним временам, почти одного роста со мной. Рубаха из пурпурной ткани подпоясана ремнем из соединенных кольцами овальных золотых бляшек, на котором висел в золотых ножнах кинжал с рукояткой из слоновой кости в виде передней половины рыбы. Юноше было пятнадцать лет и хотелось подвигов и славы. Его карие глаза прямо таки горели, глядя на моих воинов.

— Можно мне присоединиться к твоему войску? — первым делом спросил Шумадда.

— Конечно, — ответил я, — но делать это тебе нельзя.

— Почему? — поинтересовался он.

— Потому что ты не простой горожанин. Все, в том числе и египтяне, ваши главные торговые партнеры, сочтут, что Губл присоединился к народам моря, и зачислят в свои враги. После чего город будет обречен, — объяснил я.

— Отец тоже так говорит, — огорченно поделился юноша.

— Иногда родители говорят дельные вещи, — поделился я жизненным опытом.

— А на хаттов вы не собираетесь нападать? — задал он вопрос.

— Пока нет, — ответил я.

Мы прошли мимо нескольких небольших поселений на северо-восточном берегу Средиземного моря, которые являются вассалами хеттов. Захватить их было не трудно, но добыча там мизерная, из-за которой не стоило напрягать отношения с сильным соседом. Я отправлял вперед посла, который сообщал жителям этих населенных пунктов, сколько продовольствия они могут приготовить на берегу моря к нашему приходу. Все правильно понимали намек.

— Если будете воевать с ними, я присоединюсь к вам! — торжественно пообещал Шумадда.

Я не принял его обещание всерьез. Были дела важнее — проследить, чтобы дань была погружена на суда моего флота. Самое ценное и компактное — золото, серебро и красители — оказались в трюме флагманского корабля, а остальное — на судах ахейцев и дорийцев. Скот, зерно, бобы, вино и пиво поделены поровну между отрядами. Вот теперь можно было отправляться на захват Сидона.

Глава 58

Не знаю, может, я один такой неромантичный, но всякие исторические развалины мне нравятся только издалека или на фотографиях. Вблизи никаких чувств, кроме разочарования, не вызывают.