Море Осколков

— Устояла? — заголосил кто-то.

— Тихо! — рявкнул Горм и поднял меч, который прежде носил за ним Рэйт.

Словно прозвучал сигнал: тут же бабахнул, раскатился хруст, бойцы аж присели, когда с тыльной стороны башни Гудрун посыпались пыль и осколки щебня. Камень, величиной с человечью голову, запрыгал через двор и, как кувалда, врезался в деревянную стену, неподалеку от Рэйта.

Затем разнесся всеслышный стон, и плющ, покрывший башню, начал будто жухло сворачиваться, мгновенно каменную кладку пробили трещины, крыша накренилась набок, птицы волной взмыли в небо.

— О боги, — шептал Рэйт, вывалив челюсть. С пробирающей до костей жуткой медлительностью башня начала складываться сама в себя.

— Ложись! — истошно завопил Синий Дженнер, утягивая Рэйта рядом с собой на боевой ход.

Грохнуло так, словно весь мир протрясло и развалило на части. Рэйт зажмурился, камешки стучали по спине как град.

Он готов умереть. Хотелось одно — умереть возле Скары.

Открыл глаза — все заплыло мглой. Корабль вошел в туман.

Что-то его ущипнуло, он отмахнулся, не глядя. Увидел выцветшее лицо Синего Дженнера — старик что-то кричал, а Рэйт не слышал. Уши звенели, как колокол.

Он подтянулся к загородке, кашляя, пялился в рукотворную мглу. Слева виднелся блеклый контур эльфийской башни, справа — эльфийской стены, но промеж них, где стояла башня Гудрун, простиралась великая брешь. Свалка булыжников и переломанных лаг. Двор между нею и деревянной стеной весь замусорен щебнем.

— Хорошо, хоть упала наружу, — пробубнил Рэйт, но и себя он не слышал.

Оказывается, он забыл у порога Скары искусной работы шлем, что снял с капитана на море, но теперь назад за ним не пойдешь. Придется любезно просить, чтобы его не били по голове. От такой мысленной ерунды он едва не проржался.

Потом в серой пелене проступили тени. Людские очертания. Воинов Верховного короля — они перелезали через нагромождения обломков, тянулись проникнуть в брешь. Их дюжины, крашеные щиты подернуты серой пылью, мечи и секиры тускнеют в тумане, раззявые рты исторгают безмолвный боевой клич. Не дюжины, сотни.

В медленно перекатывающуюся человечью массу запорхали стрелы. С гребня оборонного края, с высоты эльфийских стен. Стрелы мчались со всех сторон, и, преодолевая развалы булыжников, люди Верховного короля, захотев, не смогли бы выставить приличную щитовую стену.

Ратники падали во дворе, падали в камни, ползли, откатывались, садились с выпученными глазами на землю. Здоровенный старый воин грузно ковылял вперед, невзирая на четыре или пять оперенных древка в его кольчуге. Рыжеволосый ратник, с ногой, застрявшей в кусках порушенной кладки, сорвал шлем, остервенело швырнул его. Другой воин, в золотых обручьях, хромал, пособляя мечом, как клюкой.