Мертвое море

Ибо экселенс весьма походил сейчас на главу разбойного приказа. Только шапки ему высокой не хватало да шубы с царского плеча.

Что-то в моем тоне он прочувствовал, потому что его брови озадаченно встали домиком. Но запугивать продолжил:

– А то ты не понимаешь, что тебе смертная казнь грозит?

– За что?! – Я даже икнул в искреннем возмущении. – За то, что Сюзанну не изнасиловал?

– Не строй из себя наивного лопуха! Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю! Признавайся!

Я покорно кивнул, тяжко вздохнул и стал признаваться:

– Да… это правда. Не умею я… танцевать. Но разве за такое казнят? Разве меня не помилуют их сиятельства?

Теперь уже глаза главного жандарма опасно прищурились, превратившись в две амбразуры. И я почувствовал, что на меня воздействуют ментально. То ли усыпить пытаются, то ли силы воли лишить, то ли военную тайну выпытать. Знать бы еще, какую?

– Все дурачишься? – Голос у местного мага стал особенный, низкий, рокочущий, пробирающий до печенок. – А ведь жизнь твоя на волоске висит!

Меня это тоже не испугало, наоборот, стало веселей. Хотя на лице я и выдал маску обеспокоенности:

– Неужели меня отравили завтраком? И вы мне сейчас не дадите противоядия?.. Но так нечестно! И опять-таки, за что меня травить? Кому я любимый мозоль оттоптал?

Экселенс сплюнул на пол со злости и дал волю своей досаде:

– Ну что ты за гайчи такой?! На любой мой вопрос своими двумя отвечаешь! Да только за это убить имею полное право!

– Но ведь до сих пор не убили? – последовали от меня логические выкладки. – Значит, я для чего-то нужен? А запугивают меня для чего? Неужели чтобы стал более сговорчивым?

– Если бы и так?"

"– Так я со всем усердием, ваше строжайшество! – воскликнул я, разводя ладони в стороны. – Только скажите, что надо делать, куда идти, кого рисовать? Усегда готов!

– Может, и скажу… – и опять прикрикнул: – Если признаешься: кто таков?!

– Ладно, ладно, – покладисто стал я признаваться. – Титул генералиссимуса, может, я и не заслужил. Но талант художника во мне несомненный. Имя… ну имя тоже можете выдумать какое угодно, лишь бы солидно звучало. В остальном я такой же, как все.

– М-да? Не верится как-то, что-то в тебе не так… Вот сердцем чувствую, зло в тебе сидит. А какое именно?.. Понять не могу.

По поводу иного внутреннего строения местных аборигенов мы уже с Леней успели договориться и принять нужные меры. Его и пупса я прикрыл, а уж себя тем более перекроил для магического просмотра снаружи. Но, видимо, главный жандарм что-то необычное во мне улавливал, а может, на подсознательном уровне выявил во мне опасного чужака?

Через минуту разглядываний он признался:

– Меня совершенно не волнует, если ты окажешься шпионом из Закатных княжеств. Лично мы – с ними не воюем.