Безумная кепка Мономаха

А Алексей по вечерам твердил об одном и том же:

– Эх, говорят, у реки сундук схован…

В принципе Кононова можно было считать идеальным спутником жизни: он не пил, не курил, не ругал жену, довольствовался малым, не требовал мяса в супе… Вот только ничего не хотел делать, существовал, как кот. Впрочем, сравнение не совсем верное, женщины Алексея тоже не интересовали. Пастух лишь мечтал, изредка удивляя супругу заявлениями:

– Представляешь, Ира, вот найду я ожерелье с брильянтами… Что делать станем?

– И откуда оно тут возьмется? – пыталась спустить мечтателя с небес на землю супруга.

– А потеряет кто…

– Некому здесь драгоценности расшвыривать.

– Ну… дачники.

– Сюда лишь нищета едет! – обрывала мужа Ира.

Алексей обиженно замолкал, потом бубнил:

– Вот ты какая… скучная…

– Да уж такая, – качала головой Ирина. – Некогда мне веселиться, надо картошку окучивать, иначе зимой животы от голода сведет.

Кононов вздыхал и замолкал, но спустя некоторое время вновь заводил свое:

– А представь себе, Ира, вот иду я по лесу, глядь, бумажник, а в нем миллион долларов. И что делать станем?

Ира старалась не слышать протяжный, неторопливо-напевный голос мужа, она убегала во двор, твердя про себя:

– Ну, не идиот ли? Разве миллион в кошельке поместится? И кто его обронит? Такие деньжищи крепко держать станут.

Но в целом жизнь текла ровно. Голодная, бедная, почти нищая, в тяжелой работе, но без особых зигзагов. Ира знала, что по весне надо постараться, несмотря на плохое самочувствие, посеять огород и заманить к себе дачников, а зимой можно вообще не выходить на двор. Но чтобы не было скучно, следует изредка кататься в Москву, где на помойках пачками валяются прочитанные людьми газеты и журналы. Набрав рюкзак прессы, Ира возвращалась в Прюково и укладывалась на печь.

И в эти минуты ее охватывало настоящее счастье. В избе относительно тепло, в подполе банки, на плите картошка, в руках журнал с красивыми картинками… Жаль, кота ласкового, мурлыкающего, рядом нет. Нельзя было кота заводить, его зимой надо кормить, а это лишний расход. Но, впрочем, в качестве домашнего животного – бесполезного, типа хомяка – выступал Алексей, который с раскладушки в летнем огороде зимой перебирался на кровать. Муж читать не любил, он самозабвенно мечтал.

Привычный распорядок рухнул внезапно.

Однажды в избе – Ирина была дома одна – появился незнакомый, очень хорошо одетый и пахнущий дорогим одеколоном мужчина.

– Ну, привет, – сказал он, входя в кухню. – Грязно-то у тебя как… И убого…

– Здрассти, – пролепетала Ира, не понимая, что за птицу такую занесло к ним в Прюково.

На потенциального дачника гость совсем не походил, такие люди не снимают для семьи сараи.