Наваждение Монгола

Опять приказывает, а я небрежно выполняю, тяну руку и у меня дух захватывает, когда сильные пальцы обхватывают мое запястье, столовый прибор со звоном падает на тарелку, а Монгол дергает меня к себе, заставляет слететь со стула и упасть на его крепкое тело…

– Ох…

Слетает с губ, и я чувствую под рукой мощную грудную клетку мужчины, сердце, что отбивает тяжелый ровный ритм.

Он весь словно резонирует непоколебимостью, силой и я цепенею в его руках, натягиваюсь струной, готовой лопнуть в любую секунду.

Смотрю в тигриные раскосые глаза и словно перестаю существовать на мгновения, окунаясь в его дикую необузданную энергетику.

Проводит пальцем по моей щеке, стирает влагу и запускает руку в мои волосы, тянет за прядку.

– Алаайа…

Выдохом и я спрашиваю робко:

– Что это означает? Это ведь обращение?

Растягивает губы в улыбке. И в этот раз это не оскал и не скупая ухмылка, а в Монголе чувствуется что-то мягкое. И в то же время он словно присматривается ко мне, пытается понять до конца кто перед ним.

– Ты слишком любопытна, невеста. Это просто слово.

– И почему мне кажется, что ты утаиваешь что-то, недоговариваешь? Оно что-то значит, Гун?

– Ничего.

Сужает глаза, а мне кажется, что я тону. Воздух в легких заканчивается, ощущаю, как подпадаю под власть всесильной стихии. Только этому мужчине решать мою судьбу. Никто не спасет. Никто не придет. А такие, как Монгол, не отпускают, пока вдоволь не насладятся агонией.

– Было приятно наблюдать агонию твоего несостоявшегося муженька, когда он получил презент в виде простынки с багровыми пятнами…

– О чем ты?!

– Всего лишь о том, что Айдарову доставлено послание. Мой враг прилюдно был оскорблен.

Кажется, что я действительно вишу на волоске от смерти и эта смерть имеет неимоверно красивые черты, которые я впитываю широко раскрытыми глазами.

Монгол привлекателен ровно так, как может быть красива ядовитая тварь. В природе все яркое является таким – словно несет предупреждение не приближаться, не трогать.

Но ирония в том, что я цепляюсь за широкие плечи, пока его сильная ладонь застыла на моей спине и пальцы прожигают сквозь материю, ласкают и посылают искры по всему телу.

– Маленькая невеста врага. Что же мне с тобой делать, Ярослава?

Вдруг становится жутко от того, как вспыхивают его глаза, как расширяются зрачки и накрывают желтоватый ободок.

Решаюсь, наконец, разомкнуть пересохшие губы и задать вопрос, который гложет:

– Зачем я тебе нужна, Монгол? Зачем держишь, если уже отправил простыню Айдарову?

Глава 18

Застываю в его руках в ожидании ответа. Находиться рядом с этим восточным мужчиной невероятно сложно. Он вызывает смятение. Дезориентирует."

"И да. Парадокс. Но он чем-то напоминает Айдарова. Своего врага, которого так рьяно ненавидит.