Наваждение Монгола

Вышла из-под варварского ига. Но мне нестерпимо хочется остаться.

Парадокс. Я бежала от него, чуть не погибла, а стоило ему отпустить, как поняла, что хочу остаться.

Стоит спустится в холл, как я замираю, еще сильнее сжав руку женщины, ищу поддержки и в ответ Рения накрывает мою ладонь своей.

А я прирастаю к земле, внутренне чувствую, что что-то не так…

Монгол стоит ко мне спиной. Все такой же высокий, мощный. Широкоплечий. Волосы стянуты в узел на затылке, поворачивает голову в нашу сторону, демонстрируя короткостриженый висок с тату.

Теперь я знаю, что это клеймо, показывающее принадлежность к определенной касте. Лучший из себе подобных. Палач, Каратель. Впитываю в себя его резкий профиль и губы, сжатые в линию.

Замираю на месте. Не дышу и только благодаря движению замечаю, что Монгол не один.

В кресле рядом с камином незнакомец. Мужчина, одетый в идеальный костюм, сидит в расслабленной позе, закинув мощную ногу на свое колено, держит в крупных красивых пальцах хрустальный бокал и внимательными антрацитовыми глазами наблюдает за мной.

Замечаю, как на широком запястье поблескивает платиновый диск премиальных часов. И во всей его позе, в посадке головы, в том, как слегка откинут подбородок, отслеживается его принадлежность к власть имущим.

Первое впечатление кричит о том, что передо мной человек, привыкший править. Внезапно холодок бежит вдоль спины, потому что это лицо мне кажется смутно знакомым, словно видела его по телевизору.

Делает глоток и салютует мне бокалом. Демонстрируя какую-то холодную отстраненность. Мне кажется, что пространство сейчас звенит от тяжелой энергетики опасности, которая витает в воздухе.

Здесь словно два хищника притаились. И мироздание просто не выдерживает подобного натиска.

Хриплый голос наполнен острыми нотками, ранящими меня обидной фразой:

– А вот и невеста Айдарова…

– Уже нет."

"Отвечаю, задрав голову, отчаянно пытаясь быть сильной и противостоять незнакомой подчиняющей энергетике.

– Как интересно, Гун. Скучно тебе с ней явно не было.

Прищуривает глаза, и я впадаю в ступор. Они у него какие-то экранирующие. Улыбка теряется в уголках пухлых губ и не отражается в этом цепком, изучающем взгляде.

– Не было.

Голос Монгола кажется чужим, глухим:

– Выполни мою просьбу, брат. Отвези девушку в дом ее отца.

Брови незнакомца сходятся на переносице, опять медленно скользит взглядом по моей замершей в нерешительности фигуре.

Я надеялась, что меня отвезет домой Монгол, ровно так же, как и привез сюда, но теперь понимаю, что так лучше, не хочу быть рядом. Не хочу страдать от его близости.

Слишком больно. Пусть так. Пусть передает меня в руки незнакомца.

Вновь смотрю в надменное красивое лицо гостя.