Наваждение Монгола

Уголок губ тянет в ухмылке, от которой становится дурно.

Опускает взгляд на мою грудь, которая бурно вздымается. Я готова бежать или нападать. Не знаю. Адреналин кипит в крови. Как же хочется оказаться подальше от этого мужчины, от всего, что случилось в моей жизни.

Просто проснуться, в конце концов, так как моя жизнь стала сильно напоминать беспросветный ночной кошмар.

– Ты сказала правду, Алаайа, но сути дела это не меняет.

От тяжелого взгляда Монгола ни одна эмоция не скрылась. Натягиваюсь словно струна до боли в сухожилиях. Глаза мечутся по столу и мне кажется, что я в шаге от того, чтобы схватить тарелку и замахнуться.

Чтобы что?!

Вероятнее всего, только чтобы ухудшить свое положение.

– У меня к тебе небольшое предложение, Ярослава. И права на отказ у тебя нет.

Прикусываю губы, вгоняю зубы с силой, чтобы удержать себя, чтобы не сморозить очередную глупость. В то время как Монгол кладет локоть на стол и упирается в кулак подбородком. Изучает. Рассматривает. Словно примеряясь, когда именно напасть и растерзать.

Сглатываю ком и в шоке смотрю в тигриные глаза, рассматриваю красивое лицо и едва шевелю губами, коротко бросив:

– Тогда это не предложение.

Почему-то кажется, что ничего хорошего я не услышу. Каменею вся до боли в позвонках под прицелом дикого взгляда мужчины, который опять махом опустошает свой чудом уцелевший бокал.

Наблюдаю, как жилы на мощной шее вздуваются в такт глоткам. Сильный зверь, породистый, дикий и необузданный.

Но самое страшное – равнодушный.

Комкаю в руках ткань свитера, не в силах оторваться от созерцания.

– Допустим, я поверю тебе. Притча о больных родственниках и непреодолимых обстоятельствах стара как мир и имеет место быть.

– В каждом слове мне мерещится “но”.

– Умная девочка. От своего плана я не откажусь. Не для этого шел к его осуществлению столько лет. Но тебя могу пощадить, если не будешь идти на рожон.

– Я всего лишь разменная монета и ты меня не отпустишь. Я поняла.

– Ты совсем не знаешь своего жениха, Ярослава. Он не прощает ошибок и линчует невиновных. На твоем месте я бы подумал, стоит ли тебе так рваться обратно.

– Стоит. Ты не лучше.

Ухмыляется.

Встает внезапно и надвигается на меня, ставит руки так, что я оказываюсь в ловушке. Бросаю лихорадочный взгляд в сторону окна. Хочется бежать без оглядки. Задерживаю дыхание, когда Монгол склоняется ко мне. Невыносимо близко.

– Ты так забавно царапаешься. Жалишь словами, а сама дрожишь как осиновый лист.

Губы шевелю в поисках ответа, но Гун прикладывает палец, пресекая мои потуги.

– Не усложняй, – ведет пальцем ласкающе, забавляясь моим смятением, – я буду бить по самолюбию Айдарова, выбивать раз за разом его из колеи, заставляя подыхать от понимания собственной никчемности и бессилия.