Монета Александра Македонского

 – Вы же знаете, как теперь почта работает!

– Да, почта… – Она скривилась, как будто надкусила лимон, но моя ссылка на почту нашла в ее душе отклик, и враждебное выражение лица сменилось на сочувственное. – И не только почта! Вот Короедов, который здесь до меня работал… никакого порядка в делах! Я после него разбираю заказы – так волосы дыбом стоят! – Она кокетливо поправила свои волосы, которые вовсе и не думали стоять дыбом. – Некоторые вещи лежат по месяцу, по два… но ваша кофемолка – это вообще рекорд! За три года не вернуть выполненный заказ – это уму непостижимо! Это еще удивительно, что вас все же нашли! За три года вы могли переехать, выйти замуж, умереть… что бы тогда было с этой кофемолкой?

– К счастью, я пока жива! – вклинилась я в ее страстный монолог. – Понимаете, потеряла квитанцию, а потом и забыла про то, что сдавала кофемолку в ремонт. Совсем из головы вон! А как письмо прочитала, так и вспомнила!

– Это очень удачно. – Она встала, прошла к полке и сняла с нее картонную коробку. – Вот она, ваша кофемолка. – Брюнетка протянула мне коробку с таким видом, как будто вручала, самое малое, Нобелевскую премию. – Распишитесь вот здесь…

Она положила передо мной толстую разграфленную книгу и показала на нужную строчку. Я не хотела выходить из своей роли, поэтому изобразила в нужной графе подпись своего мужа «Шерс…» и дальше длинный кокетливый росчерк и пошла к выходу, прижимая к груди злополучную кофемолку.

К счастью, Роберт уже уехал – нет у восточных людей ни терпения, ни выдержки, – и я, переведя дыхание, побрела по улице.

Первой моей мыслью было избавиться от кофемолки. Уж очень не хотелось мне тащить эту тяжелую и бесполезную коробку. Я уже собиралась опустить ее в урну, которая стояла возле дверей ателье, но случайно бросила взгляд на витрину «Золотых рук» и увидела, что вредная приемщица следит за мной через стекло.

Нет, если я сейчас выброшу эту кофемолку – с нее станется вызвать полицию, ФСБ и МЧС!

Я пошла дальше, решив, что как-нибудь позже отделаюсь от кофемолки.

Первый и самый насущный вопрос, который встал передо мной, – куда сейчас направиться?

Идти домой – то есть в квартиру мужа – мне совершенно не хотелось. Хотя хорошо бы все-таки выяснить, отчего они так боятся упоминания о бывшей жене Лидии.

Но… я представила себе фальшивую улыбку свекрови, самодовольную искусственно оживленную физиономию мужа, его дробный смех, его суетливые движения, как он роняет крошки на стол и подбирает их пальцем… Снова на меня накатил знакомый приступ тошноты… нет, только не это, лучше уж провести еще одну ночь в квартире над антикварным магазином!

На мою удачу, из-за угла вывернула подходящая маршрутка.