Монета Александра Македонского

Листок птичкой выпорхнул из моих рук и опустился за письменный стол. Я наклонилась за ним, и тут дверь комнаты с грохотом распахнулась и, судя по шагам, вошли двое.

Письменный стол у мужа был большой, массивный, не то чтобы антикварный, но старый, с двумя большими тумбами и тяжеленной столешницей, да еще на нем стоял мраморный письменный прибор с двумя массивными чернильницами в виде погребальных урн и подставкой для гусиных перьев, где муж держал карандаши. А на углу – лампа под зеленым абажуром.

Вот лампа действительно была старинная, на красивой бронзовой подставке. Передвинуть стол во время уборки не было никаких сил, поэтому он стоял не вплотную к стене, а чуть отступя, так что за ним оставалось свободное пространство.

И вот в эту самую щель я ввинтилась без труда, потому что я – девушка стройная, можно сказать, что худенькая, и росту среднего, хоть и не маленькая совсем.

Не спрашивайте, зачем я это сделала, поскольку, в общем-то, находилась у себя дома, в квартире, где я имею право быть. Но сработал инстинкт, потому что за последнее время от таких внезапных визитов я ничего хорошего не ждала.

Я угнездилась за тумбой письменного стола и осторожно высунула голову наружу. Положение для обзора было неудобное, виден был только крохотный пятачок между столом и диваном, и там я различила две пары ног.

Одни я узнала сразу по ботинкам. Очень хорошие ботинки дорогой коричневой кожи. Итальянские. Знакомые такие ботиночки. Видела я их уже как-то раз. Они были надеты на том самом типе, который заходил к нам, разыскивая Лидию. Еще наврал свекрови, что он ее двоюродный брат. Она, кстати, не поверила, и правильно сделала, потому что я тут же выяснила, что не брат он никакой Лидии, а подельник. Посадила она его, а сама вывернулась.

Вторые ноги принадлежали моему мужу, у него от природы очень широкие ступни, да еще плоскостопие, поэтому приходится шить ботинки на заказ. Да еще там какие-то специальные стельки. В общем, эти ботинки я узнаю из тысячи других, и ноги тоже… Так вот, ноги мужа не шли, они волочились почти на весу, как будто их хозяина тащили волоком и бросили потом на диван. Судя по дальнейшему, так оно и было.

Итальянские ботинки топтались рядом.

– Ты, гнида, сейчас мне все расскажешь… – прошипел голос Лугового. – Ты скажешь мне, сучонок, куда она делась! Адресок подробный напишешь, а не то…

Я поняла, что Луговой схватил моего благоверного за горло, потому что послышалась возня и ноги в ортопедических ботинках заерзали по полу. Если вы думаете, что в душе у меня шевельнулось сочувствие, то глубоко ошибаетесь, потому что мне самой ужасно хотелось узнать, где же находится Лидия. А в том, что свекровь с мужем что-то про это знают, я почти не сомневалась.