Монастырь (СИ)

– Понравится ли инквизиции, что вы удерживаете у себя наследника знатного рода?

– А ты молодец, – Легрэ порывисто поднялся, едва не опрокинув поднос, и встал перед Луисом, серьезно заглянул в глаза. – Находишься почти в безвыходном положении и так отчаянно плывешь против течения. Меня это в тебе восхищает. При хорошем регенте из тебя бы вышел толк, – Кристиан обвел взглядом подбородок Луиса, остановился на губах. – Если инквизитор когда-нибудь и узнает о твоем существовании, и когда-нибудь спросит с нас за это, ему расскажут, что обогретый и обласканный аббатом Себастьяном, ты отплатил ему черной неблагодарностью и попытался отравить зельем, которое украл у брата Микаэля. По нашим законам ты бы был забит после такого палками, но так как ты наследник знатного рода, тебя просто заперли на время, до выяснения всех обстоятельств этого дела. Разве тебя похищали? Или везли в монастырь силком? Или вот еще история. Узнав из твоего письма о том, что ты впал в немилость короля, аббат Себастьян, как истинный слуга короны, просто решил попридержать тебя немного... как государственного преступника. – Легрэ изобразил сочувствие и прошептал:

– Но это если о тебе узнают, Луис. Твоя оппозиция хороша, но для тебя совершенно не выгодна. Поразмышляй над этим. Но только не на голодный желудок.

Юноша задохнулся от слов Кристиана, задышал порывисто и часто, отчаянно побледнел, глаза его, ставшие безумно-голубыми, как высокое южное море, заблестели, словно у дикого зверя, которого поймали в ловушку.

– Вы не смеете! Не смеете, – пробормотал он, отступая. – Вы... – руки сжались в кулаки, в следующую секунду Луис швырнул в лицо монашеской рясой. – Заберите вашу тряпку. Я ее больше не надену! И говорить не буду.

Легрэ перехватил рясу и, сжав ее в кулак, медленно отвел в сторону, бросил на пол. Кристиан был зол, синие глаза блестели недобрым светом.

– Ты никогда не станешь воином с такой-то выдержкой, – проговорил он, понизив голос и наступая на Луиса. – Ведешь себя, как истеричная девственница на брачном ложе. А может быть, с тобой и надо обращаться, как с девчонкой? Возможно, после такого и мужчиной захочешь себя почувствовать немного.

Луис продолжал отступать, пока не вжался в стену. Дальше отступать было некуда. Лицо горело ярким пламенем от слов, брошенных в лицо с такой легкостью. Он готовился защищаться, чего бы это ему не стоило, сжал кулаки.

Легрэ чуть усмехнулся, остановился в шаге от пленника. Дыхание Кристиана – напряженное и редкое, говорило о том, что владеет он собой с большим трудом и что Луис в большой опасности. Что мог сделать этот мальчишка против взрослого мужчины? При желании Кристиан размазал бы его по стене одним взмахом руки. Но почему-то сейчас он этого не хотел.