Монашка и дракон

Глубоко вздохнув, Виенн прошла к столу и положила кольцо на стол, а потом повернулась спиной. Откажет… Рассердилась… Ох уж эта целомудренная монашенка…

Но коричневое покрывало скользнуло и оказалось на спинке кресла, а Виенн уже развязала узел головного белого платка, который обычно скрывал ее до самых бровей. Откуда только силы взялись — Гидеон приподнялся, опираясь на локоть, и глядя с жадностью.

Белая ткань открыла макушку, а потом и затылок. Волосы у монашки были светлые, но не золотистые, как у Ингунды и ее сестры, а светло-русые. Туго заплетенные в косы, они были уложены кольцами на затылке, как толстые змеи. Виенн бросила взгляд через плечо, застенчиво улыбаясь, и Гидеон взмолился:

— Вытащи!.. — делая рукой жест, будто вытаскивал шпильки.

Она послушалась и по одной выложила на стол шпильки, распустив косы. Густые пряди упали, закрывая ее до пояса, как серебристый плащ — волнистые, вьющиеся на концах. Целый водопад светло-русых струй, блестящих, шелковистых даже на вид.

— Никогда больше не их прячь, — сказал Гидеон, едва обретя дар речи. — Это преступление — прятать такую красоту. Они похожи на морскую волну… Подойди, я хочу потрогать…

— Обещали только посмотреть, — сказала она, но подошла ближе и села на кровать, спиной к нему.

Гидеон окунул руку в русую волну и почувствовал, что изнемогает. Монашка была права, трижды права, что прятала это чудо!.. Женские волосы околдовывают сами по себе, без заклятий и магических ритуалов. Сам жест, когда женщина распускает волосы — сильнейший и древнейший ритуал. А если волосы еще и так красивы — тут есть от чего потерять голову и превратиться в зверя, живущего одними дикими повадками.

Волосы были мягкими, гусиный пух — да и только. Гидеон пропустил их сквозь пальцы, зачерпнул горстью и прижался лицом, вдыхая нежный запах — роза и ладан. Упоительно, чудесно, волшебно… И по виду — настоящая морская волна, когда она ударяет в берег — пенная, светлая, легкая…

— Посмотрели — и хватит, — сказала Виенн, отходя от постели и на ходу заплетая косу.

Обернув ее кольцом вокруг головы, она заколола шпильки и снова занялась жаровнями."

"Платок она не надела. Гидеон обрадовался этому, как ребенок, получивший подарок на новогодний праздник. Виенн подкидывала щепки, подходила сменить грелки, и все было так прекрасно, как бывает только в рыцарских балладах, когда рыцарь спасает свою принцессу, и они живут потом долго и счастливо. Рыцарь, а не дракон. Но эта мысль пришла уже лениво, вяло, а потом навалился сон.

45. Смерть подкрадывается незаметно (часть первая)

Наверное, я и правда сошла с ума, раз показалась дракону с непокрытой головой. И когда он уснул, я снова и снова убеждала себя, что то, что совершила — это была всего лишь благодарность за возвращенное кольцо.