Молот Пограничья

Будто он вдруг внезапно начал чего-то стесняться — то ли необходимости навещать меня в больнице, то ли самого факта нашего с ним знакомства… А может, и того, что не приехал раньше, сразу после аварии, когда я куда больше напоминал кое-как сложенный в кучу набор костей, чем живого человека.

— Михайлович, Михайлович… Называй ты меня уже просто — дядя Олег! — не выдержал дядя. — Мы ж с тобой, в конце концов, родственники. Ты сын моего брата.

— Бастард, — на всякий случай уточнил я."

"— Бастард… Да и черт с ним, что бастард! Скажи… — Дядя на мгновение смолк, будто подыскивая нужные слова. Явно соображал, как зайти издалека. Но так ничего и придумал и, помявшись чуть ли не полминуты, выпалил: — Ты хочешь уехать с нами на Пограничье?

Я почувствовал, как мои губы сами по себе расплываются в улыбке. Вряд ли дядя мог представить, насколько его предложение окажется своевременным. Хотя бы потому, что я уже и сам подумывал в самое ближайшее время удрать из госпиталя.

Неважно, куда — лишь бы больше не сидеть в четырех стенах!

— Еще как хочу, Олег Ми… дядя Олег! — Я не без труда подавил невесть откуда взявшееся желание вскочить и обнять дорогого сородича. — Хоть на Пограничье, хоть к черту на рога.

— Ты это… раньше времени не радуйся. — Дядя шагнул вперед, и уселся на койку рядом со мной, и старые пружины жалобно застонали под его богатырским весом. — Новая жизнь, считай — а тут все бросить придется. Образование, опять-таки…

— Ничего, — усмехнулся я. — Переживу как-нибудь.

Бросать мне — по вполне понятным причинам — было попросту нечего. Да и Игорю, пожалуй, тоже: мать давно умерла, а из кадетского корпуса парень выпустился еще в июне, и за лето большая часть однокашников успела разъехаться по училищам или гарнизонам.

Меня после выписки из госпиталя тоже ждала подобная участь. Государева служба не самая плохая перспектива. А для Одаренного бастарда, пожалуй, и единственная — особенно если повезет удачно занять теплое местечко в Москве или в столице одного из княжеств.

Но меня чуть ли не с самого первого пробуждения в новом теле почти физически манило Пограничье — заветная полоска земли, отделяющая Империю от загадочной и опасной Тайги. Даже проштудировав всю местную библиотеку вдоль и поперек, я так и не смог понять, где заканчивается правда и начинается вымысел: хищные твари, деревья высотой в несколько многоэтажных домов, стихийные аномалии, артефакты, древние механизмы, скрытые в темной чаще…

И магия. Она, если верить книгам, буквально пропитывала там все.

Тайга определенно казалась подходящим местом для того, кем я был раньше — и кем собирался стать снова. И если бы где-то внутри моей головы скрывался компас, его стрелка уже давно непременно указывала бы на север.