Молот

Пусть я в этом эгоистична и ребенок должен знать своего отца, но я этого не хочу, пока не хочу.

«Все будет хорошо, кошка. Никто не отнимет у нас сына»"

"Подумал, а сам улыбнулся, прижимая девушку к себе и целуя в висок. Хорошо как звучит — нашего сына. Вадим классный пацан, смышленый, умный. Он бы хотел иметь такого сына.

— Правда? Ты обещаешь, что все будет хорошо?

Он кивает, снова целует. Долго, страстно, прижимая Аню к себе еще крепче.

«Как же я хочу тебя»

— Артем, в доме ребенок.

Аня утыкается в грудь мужчины, пряча улыбку. Все дурные мысли отступили, с ним так спокойно. Господи, как же она любит его, и никакая девушка из прошлого не сможет заставить Аню добровольно от него отказаться.

— Ты голоден?

«Ты не представляешь как»

Артем прижимает девушку к своему паху, показывая, насколько он голоден.

— Я тоже соскучилась, — совсем тихо.

Ужин прошел под непрекращающиеся вопросы Вадима, на которые он сам же и отвечал. Артем лишь кивал или мотал головой, уминая вторую тарелку борща.

— Мам, спасибо. Ну, я пойду к Пашке, поиграем в приставку, буду часа через два.

Последнюю фразу он прокричал уже у порога, нарочно громко, чтобы они точно услышали, Аня покраснела, Артем широко улыбнулся.

— Паша — это сосед с пятого этажа, одноклассник его.

Хлопнула дверь, Аня потянулась, чтобы начать убирать посуду со стола, но ее руку перехватили. Артем потянул ее на себя, ловко усадил девушку на колени, сжав тонкую талию руками.

«Да, кошка, оближи так свои губки еще, и вся эта посуда будет лежать на полу, а ты на этом столе»

— Пойдем в комнату, а то, я чувствую, придется покупать новые тарелки.

Аня тихо шепчет ему на ухо, слегка осипшим голосом, прижимается щекой к щеке Артема, трется, отросшая щетина приятно царапает кожу.

«Моя ты кошка»

Глава 43

Аня выключила фен и достала из кармана фартука вибрирующий телефон. Скривилась, увидев имя абонента, но пришлось ответить.

— Да, мама

— Анна, ты что себе позволяешь?

То, что мать давно перестала здороваться, когда обращается к ней, она уже привыкла. Но вот сразу орать — это было что-то новенькое. Всегда сдержанная и скупая на эмоции, считавшая себя очень воспитанной, Валентина Николаевна никогда не позволяла себе повышать голос, но тут, видимо, в ее программе пошел сбой. Аня распрощалась с клиентом и отошла в дальний угол помещения салона.

— Пока это только ты позволяешь себе повышать на меня голос.

— Как это называется? Пришел какой-то второсортный адвокатишка, сказал, что от тебя, и начал качать права.

— Прямо так и начал качать права? Я думаю, он не качал их, а объяснял, что у тебя нет никаких прав на мою с сыном жилплощадь. Надеюсь, ты все поняла?

— Да как ты смеешь так со мной разговаривать?

— Мама, заметь, я пока с тобой только разговариваю.