Молодость на продажу

Похоже, йети досталось от меня слишком много. Он покинул помещение пошатываясь и поддерживаемый под локоть ручками Кали. После развилки они свернули направо, а нас обе иные красотки потянули влево. Как я понял по жестам, они нас вели в лабораторию с прозрачными саркофагами. Правда, всё-таки предложили вначале зайти в местный аналог столовой и перекусить чем бог послал. Ну и когда здоровые, молодые мужчины отказывались плотно перекусить? Так что мы согласились, но я про себя решил, что пока не увижу опекаемых наших карапузов, ни о каких лабораториях не может быть и речи. Хоть они и бывшие бандиты, но душа почему-то за малышей болела.

Изначально столовая показалась вполне приличной. И пахло там приятно. Два стола больших, с прочными лавками – явно для йети. Один стол – нормальный, для восьми персон и шесть стульев, вполне удобных для дам с божественными фигурками. Из чего делались выводы: красавиц здесь всего шесть? Или они ходят на приём пищи по какому-то особому графику?

Подносы, строго по количеству едоков, появились из раздаточного окна на транспортной ленте. Подносы оказались огромными. Три тарелки на них – плоскими. Да плюс кружка какой-то жидкости, напоминающей кисель. Ни хлеба, ни салата. В одной тарелке подобие пюре, вроде как из кабачков. Во второй – каша жёлтого цвета. Если я правильно понял – ячневая крупа с тыквой. Ну и в третьей – банальная манная каша на воде. Всё это – недосоленное, без грамма сахара, каких-либо приправ или варенья.

Уж на что мы «нагуляли» аппетит, и то не смогли осилить даже половину из предоставленных щедрот. Тогда как Займа и Грейя Нефертити умяли свои порции с резвостью оголодавших новобранцев. И лишь допив безвкусный кисель, рассмотрели наши кислые физиономии и почти нетронутое угощение. Смутились, как ни странно. А когда мы жестами показали нечто в виде:

- Что, ничего лучше у вас тут не готовят? – они горестно вздохнули и пустились в объяснения:

- Здесь всё – создано для комфорта и удобства именно йети. Им подходит именно такая вот пища, и никакой другой здесь готовить нельзя. Разве что в некоторых семьях готовят нечто иное.

- Не понял! – возмутился Найдёнов, опередив меня с очевидным вопросом. – Так это что, и дети вот такую гадость каждый день жрут? – всё это он сопровождал вполне понятными жестами.

Ответная пантомима – также не нуждалась в переводе. Руки вниз и два, три, четыре пальца по очереди – маленькие дети. И едят они эту вегетарианскую пищу вполне отлично. Рука повыше и пять пальцев, затем руки скорбно на голову – пятилетки в шоке от такой еды, проклинают её. Жест, обозначающий время, мол, ждут, не дождутся, пока их отправят домой. Иначе говоря, сбросят с моста. Ибо иначе понимать сценку низвержения дитяти в пропасть, не получилось бы при всём желании.