Вторая молодость Фаины (СИ)

У нас тут провинциальное общество, новые лица редко появляются. Вот Маша-то и разошлась.

—  Что вы, Раиса Леонтьевна, я не обижаюсь на вас нисколько, — улыбнулась я.

—  А что вы тогда погрустнели?

—  Да я по другому поводу, Раиса Леонтьевна, — пояснила я и рассказала про разговор с чиновником.

— Теперь бы мне хорошего законника найти, — я с надеждой посмотрела на женщину.

— В этом деле лучше всего семейный законник мог бы помочь, — задумчиво проговорила хозяйка поместья.

Я покачала головой:

— Есть такой, но он в Петербурге. А мне срочно нужно.

— Я могла бы поговорить с Михаилом Ананьевичем, если вас устроит. Своего-то у меня нет, — Раиса Леонтьевна с сожалением взглянула на меня.

Я внимательно на неё посмотрела и подумала, что всё-таки Раиса Леонтьевна весьма умная женщина. Она, может, и не знала достоверно, но, видимо, чувствовала, что есть у меня элемент недоверия к её супругу.

Вслух же сказала:

— Да неловко мне столько всего у Михаила Ананьевича просить. И так он мне уже много помогает. Давайте так. Я попробую, поищу, а если не получится, тогда приду с поклоном.

— Приходите и так, без всяких поклонов, — облегчённо рассмеялась супруга Нурова.

А я для себя решила, что лучше подожду приезда человека, которого мне Порываев рекомендовал. Насколько я помнила, Иван Киреев довольно оборотистый молодой человек. Может, он мне и законника нормального найдёт, независимого. И был у меня ещё один вариант: глава сыска Пришельцев. Возможно, что и он сможет кого-нибудь порекомендовать.

Я очень рассчитывала на то, что в законе есть возможность не брать на себя эти долги, сделанные, по сути, совершенно чужой мне женщиной. А также планировала как можно быстрее оформить такую бумагу, чтобы никто больше такие долги на меня повесить не мог.

Понятно, что, скорее всего, мне придётся их выплатить. Но вопрос в том: сколько и в какой период времени. Потому что деньги «сейчас» и деньги «потом» — это совершенно разные деньги. И я бы хотела получить возможность оплатить потом, потому как пока, конечно, я себе этого позволить не могла.

Переговорив, мы с Раисой Леонтьевной прошли на балкон, где «дышали воздухом» остальные две дамы.

Баронесса Сушка, состроив обиженное лицо, попыталась отвернуться, но Раиса Леонтьевна ей не позволила.

— Мария Петровна, что же ты за столом шумела, а теперь отворачиваешься?

— Воздухом хочу подышать, — ответила баронесса и дополнительно буркнула: — объелась.

Худенькая, грустная девушка, которая за столом сидела с высоким, желчного вида мужчиной, Сергеем Николаевичем Вышинским, оказалась его супругой, Валентиной Егоровной. Сам же он и был тот самый «высокого ранга» чиновник, присланный из Москвы проверять дела в городе.

По виду Валентина Егоровна была в два раза младше мужа и выглядела грустно.