Перри Мейсон. Дело об изъеденной молью норке. Дело об одинокой наследнице

 — Оно гласит, что доказательство мотива одного преступления вполне допустимо в качестве доказательства при рассмотрении другого.

— Я всегда старался строго следовать закону, — объявил судья Леннокс. — Иногда, как мне кажется, проявляется тенденция слишком свободно трактовать это правило. Очень часто под прикрытием доказательств мотивации или представления похожей схемы совершения преступления делается попытка создания предвзятого мнения против обвиняемого.

— Я понимаю, Ваша честь, но после того, как вы ознакомитесь с представленными доказательствами, вы поймете, что они попадают в рамки исключения и сторона обвинения оправданно показала доказательства другого преступления — убийства полицейского…

— Еще одно убийство?! — воскликнул судья Леннокс.

— Обоими обвиняемыми?

— Нет, Ваша честь. Обвиняемой Дайтон. То есть она была вовлечена в убийство молодого полицейского, и рассматриваемое преступление имело место в связи с попыткой скрыть ее участие… Не исключено, что погибший Джордж Файетт шантажировал ее в связи с тем убийством.

— Да, сложилась интересная ситуация, — заметил судья Леннокс. — Давайте обсуждать все по порядку. Вы возражаете против того, чтобы Перри Мейсон выступал адвокатом защиты?

— Вы имеете что-либо сказать по этому поводу, мистер Мейсон?

— Только то, что это не его дело, — резко ответил Мейсон.

Судья Леннокс вспыхнул.

— Я не хотел выказывать никакого неуважения Суду, — добавил Мейсон. — Я занимаюсь своим делом, а господин окружной прокурор может заниматься своим.

— Это неэтично, — возразил Гамильтон Бергер.

— Следите за своей этикой, а я буду следить за своей.

— Успокойтесь, господа, успокойтесь, — заговорил судья Леннокс. — Давайте не переходить на личности. Господин окружной прокурор, вы считаете, что мистер Мейсон не может выступать в качестве адвоката защиты?

— Я думаю, что ему самому следует об этом объявить.

— По этому поводу не существует никакого специального положения?

— Это дело хорошего тона и этических соображений.

— Давайте обсудим этику в более подходящее время и в более подходящем месте, — заметил Мейсон. — А что касается хорошего тона, мне есть что сказать по этому поводу. Я считаю, Ваша честь, что когда окружной прокурор оказывает давление на женщину, являющуюся одной из моих свидетельниц, чтобы она уволилась с работы, выдвинула обвинения в адрес своего нанимателя в попытке заставить ее совершить лжесвидетельство, организует все таким образом, что во время ее разговора с нанимателем присутствуют представители прессы, дает взятку этой женщине, предлагая ей работу в одном из отделений прокуратуры за более высокое жалованье…

— Я возражаю против слова «взятка», — перебил Гамильтон Бергер.