Обет молчания

Прорвемся…

К все еще пребывающему под следствием по поводу пропажи с вверенного ему склада артиллерийских снарядов прапорщику Игнатьеву прибыл очередной следователь. Из самой Москвы прибыл. Из Минобороны.

— Где подследственный? — спросил он.

— На хозработах.

— На каких хозработах?

— На строительных. То есть я хотел сказать, на строительстве вспомогательных помещений.

— Да вы что? Как может быть, чтобы подследственный выходил из камеры, кроме как на допрос? Да еще где-то что-то строил? Вы что, порядка не знаете?

— Мы, конечно, знаем, но квалифицированных рабочих рук катастрофически не хватает. Приходится выкручиваться…

— Приведите его сюда.

— Когда?

— Немедленно приведите!

— Немедленно невозможно. Он не на территории строит…

— Как так не на территории? Вы что, его за забор выводите?

— Рабочих рук не хватает…

— Когда вы его сможете доставить?

— Через сорок минут.

— Что же вы его так далеко загнали? Ладно, подгоните сюда машину, я сам к нему подъеду. Посмотрю, чего он строит.

— Я бы не рекомендовал. Там дорога, и вообще…

— Какая дорога?

— Очень плохая дорога. Грязь. Колдобины. Трясет очень…

— Ничего, я тряски не боюсь. Где этот объект?

— Он, понимаете ли, не вполне объект. То есть не в полном смысле объект. Хотя, конечно, объект…

— Перестаньте наконец мямлить. И отвечайте: что и где строит подследственный?

— Печь строит.

— Какую печь?

— Кирпичную. В бане кирпичную печь. В моей бане кирпичную печь…

— Что?..

— Понимаете, у меня служба, круглые сутки на работе, руки не доходят. Кирпич разворовывают. А тут такой случай. Каменщик квалифицированный. Хоть и любитель. И именно по печам. Я попросил. Он с удовольствием. Вы не думайте, я всю работу как положено. Согласно смете. И опять же усиленное питание. Подследственный очень доволен. Вы же знаете, как у нас кормят…

— А вы не боитесь, что он сбежит?

— Никак нет. Я вместе с ним наряд охраны направил. Ну, чтобы с кирпичами подмогли… То есть я хотел сказать, чтобы наладили охрану объекта. Ну, то есть дачи моей… Десять бойцов. Естественно, по их личной просьбе и в свободное от основной службы время…

Все понятно. Обычное для армии дело. Особенно там, где ведется интенсивное дачное строительство.

Через час подследственного Игнатьева доставили к следователю. Подследственный был слегка испуган и слегка пьян. Несмотря на проведенную с ним по дороге оздоровительную работу.

— Что это? — спросил следователь, сунув тому под нос рапорт сидевшего с ним в одной камере сексота. И его собственноручные показания. — Как понимать эти ваши заявления?

— Какие?

— Вот эти! Насчет торговли находящимся на вашем подотчете военным имуществом. Насчет распродажи снарядов на вынос.

— А откуда вы?.. Они же сказали, что это для служебного пользования.