Обет молчания

— Чего ты орешь, примочка на задницу? Ты чего колхозный рынок закрыл?

— Я звоню в милицию, — говорил главврач и тянулся к трубке телефона

— Давай, звони. А я им расскажу, сколько ты в прошлом месяце получил с двух рынков. Сиди, козел, и не рыпайся, пока с тобой интеллигентно разговаривают.

Главврач оставлял трубку телефона в покое.

— В общем, так — печати свои дерьмовые снимай. Побыстрей. Лучше не позже, чем через десять минут после моего ухода. Для тебя лучше. И больше туда не суйся. На хрен давить производителя сельских продуктов который только-только на ноги встает. Сколько положено — бери. Мы не против. Но больше не смей. Это наша территория. Усек?

— А если я откажусь? Снимать печати? Из-за царящей на рынке антисанитарии и потенциальной возможности вспышек эпидемиологических заболеваний. В любую следующую минуту…"

"— Заботу о чистоте в голову не бери. Если надо, они там все языками вылижут. Базар не за них. За тебя.

— И все же я не понимаю…

— Не понимаешь? Тачка твоя? — показал в окно непрошеный визитер.

— Ну моя.

— А если ей по капоту пацанва неизвестная гвоздем слово нехорошее? Или кислоту азотную из банки на капот? Цвета мокрый асфальт. Или в лобовое стекло кирпичом? Или того хуже, в окно дачи бутылку с бензином? И зажигалку следом?..

— Хорошо, я распоряжусь насчет печати. Если вы обещаете прибрать прилавки и подсобные помещения на рынке…

— Какой базар…

И посетитель, гася сигарету об обивку кресла, уходил.

«Бардак! Совсем на шею сели! — думал про себя главврач. — Работать совершенно невозможно стало. Дочери на джип „Чероки“, который обещал к дню рождения, жене на бобровую шубу — заработать невозможно! Беспредел! Куда государство, куда милиция смотрит…»

— Ну? — интересовался результатами визита хозяин коттеджа.

— Все как надо. Печати снимут. Сегодня…

— Что еще?

— Милиция просит подбросить.

— Милиции подбрось. С милицией нужно дружить. Еще?

— Вас видеть хотят.

— Кто такой?

— Не знаю. Он не назвался. Сказал: от Косого.

— Шмонали?

— Шмонали. Пустой. Ничего нет. Просил, чтобы вы один были.

— Один? Ну пусть заходит. Раз от Косого.

Незнакомец зашел в комнату. Пересек ее и развалился на хозяйском диване.

— Ты, что ли, Гнусавый?

— Ну я, — осторожно, без интонаций ответил хозяин дома, пытаясь сообразить, по какому поводу прибыл визитер.

— Ты почему беспредел творишь? — спросил тот.

— Чего творю? — удивился хозяин дома. — Чего?!

— Того… Ты почему положенные деньги не перегоняешь? В общак положенные. Или тебе правила не писаны?

— Чего гонишь? Кто не перегоняет?

— Ты! Мил человечек.

— Врешь! Я чист. Я все, что с меня, — до копейки.

— А в Центр?

— В какой Центр?

— В котором живешь!

— Чего несешь? Какой Центр?!

— Который в четыре стороны от Москвы. На полторы тысячи верст.