Обет молчания

Докажете, что прибыли личным полпредом Господа Бога. Явите чудо! Или представите верительные грамоты. Нет грамот? Значит, и нет разговора. На других условиях я идти на сотрудничество с вами, идти на разговор с Президентом не согласен.

— А вам не надо идти. Вам не надо говорить. За вас скажут другие.

— За меня могу сказать только я.

— Или ваши показания. На мгновение он задумался.

— Ты знаешь что-то такое, что не знаю я. Только это может объяснить твою на смертном одре наглость. Ты скажешь это «что-то». Неизбежно. Так лучше говори сейчас.

Мы перешли на «ты»? У меня появился еще один высокопоставленный приятель? Тогда, надеюсь, он не очень обидится на мой следующий ход.

— В таком случае считайте, я располагаю стенограммой нашего разговора. От первого до последнего слова.

Он замер. Покраснел от напряжения глазами. Но очень быстро взял себя в руки.

— Если ты хотел меня удивить, ты достиг желаемого. Стенограмма разговора — это удар под дых. Только я не помню, чтобы расписывался на листах. И не заметил, чтобы ты водил ручкой по бумаге. Я вообще не заметил, чтобы ты поднимал руки.

— А мне не надо водить карандашом по бумаге. За меня пишет техника. За меня стенографирует микрофон.

— Нечто подобное я и ожидал услышать. Страдаем манией величия? Или держим за дураков противника?

Ты думаешь, мы не исщупали тебя с ног до головы, когда ты находился в бессознательном состоянии? Ты чист, как слеза младенца.

— Вы проверяли только одежду. В лучшем случае меня снаружи. Но вы не проверяли меня внутри.

Если сомневаетесь, вызовите медиков, я покажу им место, где спрятан микрофон.

— Ты шутишь?

— Ничуть.

— Тогда мы обойдемся без медиков. Нам ни к чему лишние свидетели. Наше дело касается только нас. Тебя и меня.

Микрофон вытаскивал один из охранников. Без обезболивания. С помощью простого ножа. Сантименты кончились.

Я терпел молча, моля судьбу только об одном — нет, не о скорейшем завершении «операции», о том, чтобы техника не подвела. О том, чтобы микрофон был в рабочем состоянии. В просто зашитую в мышцы железку никто не поверит.

Вот уж не предполагал, что не сработавший тогда, когда на него была вся ставка, микрофон пригодится сейчас.

— Ну как?

Хотя зачем я спрашивал. Я ответ на лице видел.

— Это действительно микрофон.

— Имитацией не пользуемся.

— А где в таком случае приемник?

— Приемник курсирует, точнее курсировал в полутора километрах от микрофона. Сейчас кассеты с записью лежат в надежном месте. Пока лежат, но в любой момент им можно приделать ноги. Надеюсь, вы не предполагаете, что я вшил микрофон просто так, забавы ради. Я бы мог найти себе менее болезненные и менее затратные развлечения.

— Ты блефуешь!

— Может быть, и блефую.