Обет молчания

Так уж не оставляет? Нигде и никогда?

Вот за этот вопрос я и зацепился.

А действительно, где объект бывает один? Где хватка телохранителей ослабевает?

Конечно, дома, в кругу семьи, на супружеском лохе. Наверное, в ванне и прилежащих помещениях. А еще? В гостях у престарелой мамаши? В кабинете вышестоящего начальника? В сауне? В больнице? На рыбалке? В объятиях любовницы?

Где еще? Да где угодно.

Нет, так, методом тыка, действовать негоже. Необходима система. Я должен обложить объект со всех сторон. Только так я могу отыскать потайную щелку, ведущую к нему.

Я взял большой лист бумаги и стал вписывать в него все подряд места, где может бывать современный человек. Все, которые только приходили в голову. Раковина на кухне, крыльцо, почтовый ящик, салон автомобиля, кладбище, вестибюль родного учреждения, школа, операционная, плях, театр, купе поезда, бассейн, церковь, стадион… И еще по меньшей мере пять тысяч пунктов. До самых безумных. Я трудился почти целый рабочий день. Я исписал лист с двух сторон и еще три таких же листа. Я даже не предполагал, что обыкновенный человек завязан на такое количество помещений. Я думал, он живет только в квартире и на службе. Я с ужасом смотрел на исписанные листы. А потом стал вычеркивать отдельные пункты.

Служба: крыльцо, вестибюль, коридор, кабинет, туалет… Мимо. Здесь его охраняют как нигде.

Дом.

Дорога.

Квартира любовницы.

Дома родственников и друзей.

Зрелищные и спортивные учреждения.

Вышестоящие кабинеты.

Сауны, бассейны, тренировочные залы, корты…

Профилактории, больницы.

Больницы…

Например, больницы.

На операционный стол его в сопровождении телохранителей, конечно, не потащат. В реанимацию тоже. Публичную клизму в присутствии вооруженных соглядатаев ставить не станут. Это дело интимное. В родильное отделение к жене в полном охранном составе не пустят.

Это уже ближе. Больница — учреждение стерильное. В больницу со своим уставом так просто не вломишься.

Вопрос: как угадать, когда он надумает в реанимацию ложиться? С помощью хиромантии? По линии жизни на ладони?

А если не так трагически? Если без тяжких телесных повреждений? В какие еще кабинеты захаживают наши власть предержащие руководители? Терапевтические? Ухо-горло-нос? Кожно-венерологические? Стоматологические?

Стоматологические — точно! И много чаще других. Кариес штука не редкая. Это не какой-нибудь инфаркт или сифилис. Сердце ну или там другие органы, на которых болезнь вызревает в человеческом организме, пребывают в единственном числе, а зубов — тридцать две штуки.