Обет молчания

Офицер вышел из укрытия и шагами скучающего прохожего направился в сторону насосной, к расположенным с противоположной стороны от двери окнам. Боевик, оставленный для наблюдения, смотрел в другую сторону.

Офицер ухватился за выступ подоконника и подтянулся к окну. Он увидел, как ремонтники, обступив бесчувственно пьяного слесаря, бьют его по щекам.

— Где вода? Почему нет воды?

— Я один… Целый район… Вот этими руками… — пытался объяснить свои должностные обязанности слесарь.

— Вода?!

— Там прорыв. На дорогу. Где Президент!

— Кто перекрыл воду?

— Я. Вот этими руками… — признался слесарь, опасаясь преследования за допуск постороннего к вверенным вентилям. Да он и не помнил, кто крутил задвижку. Может, и сам. Он вообще слабо что-либо помнил после второй бутылки водки и растворенной в ней капсулы мощного психотропного препарата. Он даже, как его зовут, не мог бы сразу, без подготовки, сказать. — Иначе нельзя было. Иначе потоп. А там Президент…

— Идиот! — не выдержал один из боевиков. — Задвижка где? Ну, быстро! — И ударил и так не стоявшего на ногах слесаря в лицо.

— Эй, мужики, что здесь происходит?

В проеме запасной двери стоял, дружелюбно улыбаясь, офицер.

Боевики мгновенно сместились, загораживая своими телами упавшего слесаря.

— Да так, мужик, ничего особенного. Просто мы к другу зашли. А он так набрался, что на ногах не стоит. Дома жена, дети волнуются. Вот думаем, как его теперь до места назначения транспортировать, — беспрерывно замолотил языком один из боевиков, плавно двинувшись навстречу вошедшему.

— Так что ж вы так не по-людски?"

"— Так пьянь же! Хорошего обращения не понимает, — продолжал говорить, медленно приближаясь, боевик. В его действиях главным была не речь — движение.

Остальные боевики, рассредоточиваясь, брали под наблюдение проемы окон и дверей, из которых должно было последовать нападение. Каждый свое окно и свою дверь. По строго разграниченным секторам. Они просто не могли предположить, что нежданный визитер, если он не случайный прохожий, пришел один.

Офицер правильно оценил маневры красножилеточных водопроводчиков, действующих в лучших традициях тактики боя в замкнутых помещениях. Он был достаточно опытным, чтобы понять, что за этим через мгновение последует.

— Всем оставаться на местах! Я офицер службы Безопасности! — крикнул офицер, демонстрируя одновременно пистолет и служебное удостоверение.

Он правильно рассчитал их действия, но он неправильно оценил степень их выучки.

— Так ты свой! Что ж ты, мать твою, нам операцию срываешь! Мы же из того же ведомства, — раздосадованно ахнул боевик. — А я-то думаю…

— Оружие на пол за три метра от себя. Руки за воротник, — скомандовал офицер.