Обет молчания

Отсюда — отсев, то есть естественный отбор: кто менее ловкий, тот первым уходит, кто поопытней — чуть дольше живет. Но всё равно не заживается… И это хорошо. Текучка там большая. Война, поэтому на них выбор и пал. Ну, кто их там искать догадается, а если догадается — как сыщет, если они в джунглях как волки хоронятся, а если вдруг найдет — как заговорит, а если заговорит, то что они ему скажут, когда сами ничего толком не знают.

Нет, тут все более-менее благополучно. Тут никаких концов!

Шаг за шагом…

Еле заметная тропа для чужого человека. Для местного — нет, для местного она как для горожанина проспект с фонарями. Свой он тут, каждую травинку, каждый кустик знает…

Ветки хлещут по лицу и груди. Заросла тропа. Вышли к реке.

— Вон там брод, на перекате.

Река здесь разлилась, расползлась в стороны, поэтому глубина упала. Берега пологие, с мелким кустарником. До леса метров триста. Хорошее место — не соврал проводник.

— Добро. Ты пока погуляй где-нибудь.

Все понял. Кивнул и отошел.

— Я через пять часов приду за вами.

Придет, точно придет, чтобы вторую половину гонорара получить. Хоть с живых, хоть с мертвых. А так, чтобы не расплатиться с ним, чтобы сбежать — это дело дохлое. Его это земля, он здесь хозяин.

Похлопать партизан по плечу. Набить инструкцию в электронном переводчике. Но больше показать жестами:

— С той стороны подойдет человек шесть-семь. — Поднять из двух кулаков семь пальцев. — Тех, что с оружием, — ткнуть в кобуру, — лучше сразу, посередине реки.

Кивнули. Что здесь непонятного?

— Лошадей с грузом не трогать, дать перейти реку. Если испугаются, побегут — стрелять. Гражданских и тех, что без оружия, допустить до берега и отсечь возможность ухода по воде. Если что, стрелять в ноги.

И это ясно.

— Я буду рядом, ориентироваться на меня.

Кивнули согласно.

Никаких эмоций, сомнений или мандража. Нормальная, привычная работа. Как в офисе. Что им отряд из семи человек, когда они правительственные колонны у себя на родине громят? Развлекуха и заработок, который даже не они получат, а их командиры. Революционная дисциплина и субординация. Такие, блин, Че Гевары…

Теперь ждать. Другой дороги у каравана нет, так проводник сказал. Разошлись, залегли цепью. Лучше было бы рассредоточиться по направлениям, но как тогда боем руководить?

Партизаны лежат, смотрят вперед, друг с другом не общаются, но спайка чувствуется… Приятно иметь дело с хорошо организованной публикой."

"Внимание! Из кустов на берег вышел человек. Постоял, посмотрел в бинокль. Вроде всё чисто. За ним другой. Разошлись в стороны, залегли за валуны. У одного ручной пулемет. Серьезные ребята. Будут прикрывать переправу. Заметят что — распушат очереди перекрестьем — мало не покажется. Кивнуть в их сторону. Поднять один палец. Второй.