Обет молчания

Но цифры всё равно получались не маленькие.

— Встали, пошли!

Похудевшие, серые, грязные заложники потянулись к двери. Их пересчитали. Построили цепочкой. Повели. Сотни глаз провожали их. И в этих взглядах была радость, зависть, сомнение, но больше всего — надежда. Раз тех отпускают, то, наверное, и их скоро. Пусть не всех и не сразу, но обязательно!

Заложников вывели на первый этаж и распахнули перед ними двери.

— Идите!

Яркий свет залил лица. Узники зажмурились, закрылись ладонями. И вдохнули воздух. Настоящий, который пахнул не потом, грязью и смертью, а свободой.

— Быстро!

И они пошли быстро. А потом побежали, спотыкаясь и падая. Побежали к встречающим их полицейским и к врачам в белых халатах.

А боевики вернулись в здание. На столах были разложены ровные пачечки денег. Плата за сделку. Хотя считалось, что это жест доброй воли. И профессионализм переговорщиков, умеющих договариваться.

Ведь если все узнают о деньгах, то завтра каждый начнет брать заложников в своем офисе, на своем заводе, в институте, в магазине или просто на улице. Раз за заложников так хорошо платят… Ведь у всех проблемы и ипотеки…

А террористам, соответственно, интереснее выглядеть борцами за идею, чем торговцами живым товарам. Поэтому о подобных сделках предпочитают помалкивать. Обе стороны. Ну и ладно, был бы результат.

А результат есть. Тридцать человек вырвались, выжили, обрели свободу. Но остались еще без малого полторы тысячи заложников. И среди них спокойный, уверенный в себе джентльмен, лорд Гаррет. Хранитель какой-то там печати… Он-то и сдвинул этот «камень», чтобы за ним сошла лавина.

* * *— Нам предлагают организовать спасение заложников и ликвидацию террористов. С гарантиями.

— Кто предлагает?

— Англичане и американцы. У них там какой-то фонд.

— Что нужно от нас?

— Они требуют переговоров на высшем уровне. Конфиденциальных.

Так всегда и бывает. За каждым крупным происшествием, связанным с террористами или заложниками, стоит очень много известных, не всем известных и совсем неизвестных людей, об участии которых в тех событиях никто никогда не узнает. Ибо они останутся в тени. Той самой тени, где идут напряженные переговоры, о которых не упоминается в СМИ. Проходят встречи за закрытыми дверями. Для посторонних двери не откроют… Идет обмен мнениями между теми, о ком не напишут и не расскажут. И торговля, которая останется за семью печатями. Привлекаются посредники и переговорщики, которым место на эшафоте. Ходят деньги, про которые ни единая душа не знает. Планируются спецоперации, где всплывает только малая часть айсберга, а все остальное сокрыто во мраке вод… И вопросы так или иначе как-то разрешаются."

"Если «так», то тихо.