Обет молчания

Пару недель погоняв на строевых и дав пострелять на стрельбище, распределили по взводам. Где все стало более или менее ясно.

— Завтра поедем к «духам» в гости, — сообщили старики-солдаты.

— Куда?

— Там увидите.

В обед подали «вертушки», куда погрузили личный состав, оружие и какие-то ящики. Летели довольно долго.

— Чего мы там делать будем?

— Проводить разъяснительные беседы, — хохотали старики.

Вертолеты сели, личный состав построили.

— Там — кишлак, дворов на двадцать, берем его в клещи и утюжим под ноль… — поставил боевую задачу взводный. — Вопросы есть?

Вопросы были, но не к взводному.

— Они, падлы, три дня назад здесь две наши машины сожгли и всех ребят положили, — объяснили старики. — Прощать такое нельзя, иначе они на шею сядут!

— А почему послали нас? — удивились новички. — Здесь же полно наших, они что, сами не могут с этим делом справиться?

— Дурак ты! Им же тут жить! Если их местные в лицо узнают и запомнят, тут такая резня начнется!.. А мы пришлые, с нас взятки гладки. Мы прилетели, а потом ищи нас!

Сели в грузовики. На подъезде к кишлаку вскрыли ящики. Там были гранаты.

Куда их столько?

Куда — стало ясно очень скоро. Старики распихали гранаты по подсумкам и карманам и, с «Калашниковыми» наперевес, вошли в деревню. Каждый шаг они сопровождали броском гранаты. Во дворах и домах раздавались взрывы.

— Ты что клювом щелкаешь? Видишь, дырка — бросай, пока оттуда не бросили!

Когда три отделения сошлись в центре, в кишлаке никого не осталось. Трупы афганцев стащили к одному из домов. Их набралось больше сотни.

— Маловато будет, — ворчали старики. — Надо, чтобы один — к десяти. За каждого нашего.

— А это точно они на колонну напали?

— А не все ли равно…

Очень скоро стало понятно, чем занималась их часть. Замполиты объяснили.

— Нам доверена партией и правительством ответственная задача по поддержанию порядка на освобожденной от бандитов территории. Мы имеем дело с коварным, жестоким врагом. Ни одна из вылазок которого не должна остаться безнаказанной. Если враг будет понимать, что наказание неминуемо, он капитулирует…

А потом и термин подобрался…

Однажды в клубе показывали фильм про войну, про ту войну — с немцами. Фильм был про партизан, которые пытались защитить от карателей белорусскую деревню. Партизаны были «хорошие», немцы — «плохие». Немцы ходили в закатанных по локоть мундирах, ловили кур, орали и тыкали в мирное население автоматами. Потом они начали сгонять людей в церковь, чтобы сжечь…

— Смотри, смотри, как они их «мочат»… — зашептали в рядах. — Прямо как мы — «духов».

И действительно — было похоже. Особенно тактика. Но и все остальное тоже — вплоть до закатанных рукавов, болтающихся поперек животов автоматов и пущенных в спину убегающих людей очередей.