Обет молчания

Полковника давно бы сняли за «перегибы на местах», но его поддерживал местный мэр, который тоже был из «прежних», веривших в то, что милиция должна преступников ловить, а не «крышевать».

В общем, отсталый городишко, не развитый…

Хотя экономический потенциал у него был! Далеко не все еще рентабельные предприятия были прибраны к рукам, не все «пирамиды» построены и не на каждом углу продавали наркотики — на некоторых не продавали! Полковник Еременко мешал! Другой бы на его месте сидел себе тихо и радовался, подсчитывая дивиденды, получаемые с «точек», на Канары на уик-энд летал здоровьишко поправить, внуков в Англиях учил, а он, дурак, боролся за повышение раскрываемости и чистоту рядов! В общем — ни себе, ни людям!"

"Не понял человек — не перестроился, не ускорился, не демократизировался. Махровым ретроградом оказался полковник, встав на пути прогресса.

За что и должен был поплатиться…

— Инвестиции в реальный сектор экономики…

— Укрупнение бизнеса за счет слияния…

— Секвестр…

— Квоты…

— Депозит…

Рассуждали воры в законе на понятном только им языке, строя далеко идущие планы. Очередного «гоп-стопа», хотя называли они его инвестиционной политикой.

Вот только мент поганый…

— Надо как-то с ним решать.

Хотя уже не раз решали. И так, и эдак…

— Надо ему дать.

— Уже пытались.

— Тогда наехать.

— Уже наезжали.

На полковника наезжали три раза, намекая, что нельзя думать только о себе, что у него есть еще дети и внуки, а на улицах полно машин, управляемых лихачами, и маньяков.

На что полковник реагировал совершенно неправильно, поднимая в ружье ОМОН и направляя бойцов с автоматами по адресам самых уважаемых горожан для проведения учений, максимально приближенных к боевым.

Омоновцы сыпались из машин и, отрабатывая захват, брали в кольцо загородные виллы, бряцая огнестрельным оружием и приставляя к заборам штурмовые лестницы. Омоновцы были ребятами неуравновешенными, не по разу контуженными во время боевых командировок в Чечню, и ждать от них можно было чего угодно.

И шантажисты отступали.

До времени. Которое пришло…

Дальше терпеть беспредел полковника было невозможно.

— Хватит с ним церемониться — кончать его!

Золотые слова!.. Воровской бизнес терпел серьезные убытки, и вложения в смерть полковника сулили хорошие дивиденды.

Раньше воры зарезали бы досадившего им мента сами. Но нынче они стали бизнесменами и предпочитали действовать не перьями, а бабками. Получать срок им было не с руки. Еще совсем недавно главным капиталом воров в законе были отсидки, теперь — суммы на банковских счетах.

— Даю пятьдесят.

— Сто.

— Еще сто…

Мент в чине полковника стоил недешево. Но того стоил.

Аванс перевели безналом на указанный счет.